Рассказ №5

Рождество Койота

Рик&Белл

Всем, кто спрашивал меня о Стае Поконос. Эта история для вас.

– Расскажи мне сказку.

Рик сбросил нижнее белье и восхитительно обнаженный забрался в кровать к Белл. Для обоих это был длинный день. Пронесшая по Поконосу метель оказалось одной из худших в истории, и большая часть бедра адски болела. Белл едва добралась до кровати и рухнула на массивное ложе. Вскоре пришел Рик и нежно ее раздел, прежде чем принести обезболивающее. Теперь Белл голая лежала под одеялом, болезненная пульсация расходилась по всему ее телу, и Рик пытался не трясти матрац, чтобы не усилить боль.

– Сказку?

Она одарила его самым умоляющим взглядом. Белл хотела отвлечься от боли, а Рик - лучший мужчина способный на это. Он постоянно ее удивлял.

– Что ж, Рождество почти на дворе. Как насчет праздничной истории?

Белл нетерпеливо кивнула. Ей не хотелось ждать. Милый собирается рассказать ей о Гринче? Или поведать Рождественскую историю?

Но Рик ее снова удивил:

Был канун Рождества,

И тише Рога не было существа.

Белл захихикала. Роджер был ее официантом в ресторане Лоуэлла. Щенку едва исполнилось восемнадцать, и парень не ведал что творил. Белл знала, что со временем он поумнеет. Хотя лучше ему обрести мозги, или она превратит его в игрушку для койота.

– О Боже, когда ты это придумал.

– Ш-ш-ш. Позволь рассказать историю, ладно?
– Белл кивнула и попыталась устроиться поудобнее, но боль пронзила бедро, и она яростно зашипела. Когда же, наконец, подействует обезболивающее!

Рик подождал, когда Белл перестанет кривиться от боли и подхватил рифму.

Носочки, над камином развесив, Клер ждет,

что Луна в гости к ней зайдет.

Белл закатила глаза. Клер, волчица из регистратуры, чрезмерно привязалась к Белл. Вообще-то, она так привязалась к ней, что Белл пришлось одной зимней ночью использовать воздушный рожок, чтобы отвлечь эту женщину от своей задницы. В прямом смысле. Будь прокляты собаки с их влажными носами.

«Видите ли она просто обнюхивала мою задницу».

Дэйв с Беном в кроватке дремал,

А Джерард Батлер1 в их головенке плясал.

Ей надо перестать хихикать. Это только раззадоривает Рика.

Луна и Альфа от дерьма устали,

В это Рождество в спячку они впали.

Подмигнув, Рик дал Белл понять о какой именно «спячке» он думает.

– Как медведи? Мы впадаем в зимнюю спячку?
– Белл подразнила своего страшного серого волка, водя пальцами по его груди. Это самое большое движение, на которое она сейчас способна, и Рик знал об этом.

Любимый взял ее пальцы и поцеловал кончики.

– Тсс! Кто рассказчик: ты или я?

Она по-королевски махнула ему свободной рукой, игнорируя боль в бедре насколько это было в ее силах. Обезболивающее скоро подействует. Пожалуйста, Господи, пусть она проспит весь остаток бури.

– Продолжай, пожалуйста.

Она знала, что Рика ей не обмануть; беспокойство на его лице скрылось не достаточно быстро. Он осторожно свернулся калачиком вокруг нее, сохраняя в тепле.

Перед домом на лужайке возникла трескотня,

Я с кровати выбрался узнать, что там за фигня.

Увидал в окошке – озарили светом сад.

Об диван споткнулся и плюхнулся на… - (он усмехнулся ей в ответ) – зад.

Проклятье. Она снова хихикнула, как идиотка. Возможно, лекарства начали действовать. Иногда они делали ее чокнутой.

Альфа белым задом (кажись ушел в запой).

Туда-сюда вилял перед большой толпой.

Тут от удивления я протер глаза,

Выехала тачка - койотов и пивка.

Белл скрестила руки на груди. Смех и отвращение в ее голосе соответствовало страдальческой ухмылке на его лице.

– И что там между тобой и койотами?

Рик посмотрел на нее пустыми глазами.

– Они койоты.

– Ну, ты же сделал их героями рассказа.

Рик усмехнулся.

Их водитель, Альфа, докучливый нахал.