Шрифт:
– Ты не прав, – Том взялся за руль велосипеда.
«Серый» схватил велосипед за раму.
– Объясни!
– Я играю с Ахавом!
«Серый» убрал руки от велосипеда и сделал шаг назад.
– Кажется, ты не понимаешь, что такое временное партнерство в Игре.
– Может быть, – не стал спорить Том.
– Временное партнерство существует до тех пор, пока оно выгодно обеим сторонам. Любой из партнеров вправе расторгнуть договор, когда он сам этого пожелает, никого не ставя об этом в известность.
– Должно быть, это как раз и называется: никаких правил!
«Серый» не уловил в словах Тома сарказма.
– Пойми, Ахав оставил бы тебя, не раздумывая, если бы счел ваше партнерство невыгодным для себя.
– Откуда тебе знать, как поступил бы Ахав?
– Он такой же профессиональный игрок, как и я. Как все мы. Для него имеет смысл только сама Игра. Все остальное – лишь средства достижения спланированного результата.
Ежели «серый» намеревался заронить семя сомнения в душу Тома, то ему это удалось. Вот только Том не собирался давать этому семени взрасти.
– Говори за себя. Ты ведь хочешь получить бонусы за то, как я использую пакали.
– Да, – не стал отпираться «серый».
– Ну, так знаешь, ты их не получишь.
Том запрыгнул в седло и надавил на педали.
Он был уверен, что поступает правильно.
И, черт возьми, он уже выиграл два дня!
Сколько это будет в человеческих жизнях?
Глава 48
Том быстро пересек прихожую и распахнул дверь на кухню.
Капитан Боулмингтон и мистер Картрайт увлеченно играли в «Монополию».
– Том, ты ушел не позавтракав! – строго посмотрела на него миссис Картрайт.
– Я взял с собой сандвичи, – соврал Том.
– Я по случаю прикупил электростанцию! – радостно сообщил Боулмингтон.
– Мои поздравления, капитан! – щелкнул пальцами Том.
– Мне кажется, это было не по правилам, – меланхолично изрек мистер Картрайт.
– Все, Уилмор! – отмахнулся от него Боулмингтон. – Что прошло – то прошло. Ты в это время сидел в тюрьме за неуплату налогов, значит, все равно ничего не мог сделать.
– Да, но теперь у тебя есть электростанция.
– Ну и что?
– И я должен платить тебе за электричество.
– Разумеется!
– Но это несправедливо.
– Эх, Уилмор! – горестно вздохнул Боулмингтон. – Жизнь вообще крайне несправедлива к людям. Заметь, ко всем сразу, а не только к тебе одному!
– Да, но у тебя есть электростанция. Это не назовешь жизненной несправедливостью.
– Мне просто повезло. В следующий раз повезет тебе. Только имей в виду – никакое везение не может длиться вечно!
– А где Ахав? – поинтересовался Том.
– В саду, – махнул рукой за спину Боулмингтон. – Играть с нами он отказался. Сказал, что ему нужно подумать о смысле жизни.
– Он просто сказал, что ему надо подумать, – уточнила миссис Картрайт.
– Ну а о чем еще можно думать в одиночестве, как не о смысле жизни? – удивленно вскинул брови капитан Джек. – Схвати за руку любого бездельника, задремавшего в кресле, и он тотчас же заявит, что не спал, а размышлял о смысле жизни! Все дело в том, что смысл жизни – это такая штука, поисками которой можно заниматься всю свою жизнь, в любое удобное время, даже когда спишь. И, что самое главное, никто не посмеет упрекнуть тебя за то, что ты так ничего и не нашел. Потому что у других получилось не лучше.
– Джек – ты философ, – улыбнулась миссис Картрайт.
– О нет, дорогая Грета, – смущенно потупил взор Боулмингтон. – Я всего лишь человек, много чего повидавший. Так что меня на мякине не проведешь.
– Я выйду в сад, – Том обошел стол и направился к стеклянной двери.
– Эй, приятель! – окликнул его Боулмингтон. – Можно задать тебе один вопрос деликатного, так сказать, характера?
– Ну-у… наверное, – не очень уверенно ответил Том.
От капитана пиратов можно было ожидать подвоха.
– А как твой приятель ест, если он никогда не снимает свой серый костюм? Да и вообще, – капитан многозначительно приподнял брови. – Существует целый ряд вещей, которые ну никак не сделаешь, не сняв этот чертов костюм!
– Капитан! – возмущенно вскинулся мистер Картрайт.
– Прошу меня извинить! – взмахнул растопыренной пятерней Боулмингтон. – Само собой вырвалось!
– Если честно, я тоже этого не знаю, – сказал Том.
И вышел за дверь.
Дождь закончился. Но воздух был насыщен эдакой густой, осенней промозглостью. От которой у не привычных к данному климату людей сразу же подскакивает давление и обостряется артрит. Туристы считают такую погоду типично английской. Разумеется, это не так. Сами англичане такую погоду не сказать что очень уж любят, но относятся к ней с должным уважением. Как к старой, ворчливой и невообразимо занудной тетушке. От общества которой всегда хочется поскорее избавиться. Но без которой дома как будто чего-то не хватает.