Шрифт:
Том представил вывеску над входом:
«Добро пожаловать в «Макдоналдс» – храм новой веры!»
Стоя за кассовым аппаратом, Том чувствовал себя священником у алтаря.
– Благословляю вас, дети мои! Едины мы все в нашем чувстве голода! Но тот, кто зашел к нам, не уйдет голодным! Каждый получит свой бургер и стаканчик колы!
– Макнаш! Макнаш! – дружно скандировали в ответ верующие.
– Но прежде чем насладиться изумительным вкусом свежей говяжьей котлеты, политой специальным соусом и уложенной в разрезанную надвое свежайшую булочку с кунжутом, сделайте скромное пожертвование в фонд развития нашего храма!
Том ударил пальцем по клавише на кассовом аппарате.
Раздался отрывистый звонок, и снизу выскользнул ящичек, в ячейки которого была ссыпана мелочь и аккуратно уложены бумажные купюры.
Том быстро захлопнул ящик и сделал шаг назад.
Нельзя служить Богу и мамоне. Ничего хорошего из этого не получится. А посему храм наш закрывается. До лучших времен.
Том повернулся к скошенным лоткам, в которых лежали уже готовые, завернутые в бумагу бургеры.
Он потрогал один из них пальцем. Просто так. Даже и не надеясь, что он окажется теплым.
Автомат для розлива напитков находился в дальнем конце стойки.
Рядом возвышались башенки из вставленных один в другой бумажных стаканов трех размеров: большие, средние и маленькие.
Несколько пустых стаканов валялось на полу.
Видимо, здесь уже кто-то побывал.
Может быть, тот самый мальчишка, утащивший пакаль?
Хотя почему именно он?
Зайти мог кто угодно.
Стаканы могли уронить покидающие в спешке закусочную кассиры и менеджеры.
В общем, надо не рассуждать, а искать.
Делом заниматься, как говорит дядя Боб.
Первым делом Том заглянул в перевернутые стаканы, стоявшие рядом с автоматом для розлива.
Пакаля в них не оказалось.
Том взял один стакан, поднес его к автомату и надавил на рычажок.
В стакан полилась пенящаяся струя.
Том отпустил рычажок и поставил стакан на стойку. Пить он не хотел.
Действуя обеими руками, Том принялся методично, один за другим, снимать стаканы с башенок.
Сначала большие.
Потом средние.
И, наконец, маленькие.
Ни в одном из них пакаля не оказалось.
Том присел на корточки и быстро перебрал разбросанные по полу стаканы.
Также безрезультатно.
На всякий случай Том заглянул на кухню.
Но там стаканов вообще не было.
К тому же мальчишка ясно сказал, что взял стакан, чтобы налить в него колу. Очевидно, он взял его рядом с автоматом для розлива.
Том оперся локтями о стойку и окинул взглядом пустой зал.
Двое вежливых военных, как и прежде, шептались над картой.
Может быть, у них спросить про мальчишку?
Том перелез через стойку и подошел к занятому военными столику.
– Извините, что прерываю вашу беседу. Вы не видели здесь мальчика лет двенадцати?
Военные даже не покосились в его сторону.
– Будем форсировать реку вброд.
– Почему не по мосту?
– Слишком опасно.
– Согласен.
– Выдвинем вперед команду снайперов. Пусть займут позиции здесь, здесь, здесь и здесь.
– И вот здесь еще.
– Хорошо, пусть и здесь тоже.
– Стрелять ни в кого не надо.
– Разумеется! Это ведь превентивная мера. На случай непредвиденного поворота событий. Мы даже боекомплект снайперам выдавать не станем. Только ножи.
– Швейцарские!
– Почему?
– Чтобы, если что, все свалить на швейцарцев.
– Разумно.
– Господа! – Том наклонился и, чтобы привлечь к себе внимание, помахал рукой. – Я очень извиняюсь, но мне просто необходима ваша помощь!
– Мы все должны предвидеть.
– Само собой. Мы все предвидели и все предусмотрели. Но, тем не менее, события могут совершить непредвиденный поворот.
– И что тогда?
– Тогда мы используем снайперов.
– Как?
– Бросим их в бой.
– Со швейцарскими ножами?
– Есть другое предложение?
– Что, если использовать вместо снайперов спецназ?
– Банально. К тому же, если у них будут спороты знаки различия, никто все равно не поймет, снайперы это или спецназ.
– Логично.
Двое заговорщиков были надежно отделены от мира незримым психологическим щитом. Должно быть, они полагали, что находятся в неком засекреченном бункере, куда не может проникнуть ни один самый хитрый шпион противника.