Колосов взял Катю с собой в Воронцово. Когда они приехали, там было уже полно милиции — к осмотру территории базы было подключено местное ОВД. Шок — именно эта реакция читалась на бледном лице Сергея Тихомирова.

— Подождите, подождите, подождите, господа, товарищи, друзья, — бормотал он, нелепо взмахивая руками. — Вы что… у меня в голове все путается… Андрей пропал, а вы говорите, что он…

— Он подозревается нами в убийствах, — жестко отрезал Колосов. — И предупреждаю вас, гражданин Тихомиров, у вас с ним дружеские отношения, но если я узнаю, что вы скрываете от нас какую-то важную информацию о нем, если вам известно его местонахождение, то…

— Подождите, подождите, я что-то не врублюсь… Андрей и убийства? Какие убийства?!

— Убийства Бойко, Суслова и Голикова — вашего бывшего адвоката. Он покушался убить и вашу сотрудницу.

— Марину? — Лицо Тихомирова покрылось пятнами румянца. — Вы с ума сошли? Марина, иди сюда, ты только послушай, что они говорят!

Катя давно уже заметила Марину Петровых. В общей суматохе в присутствии милиции она одна была спокойна и безучастна ко всему. На столе возле здания конторы был навалены охапки свежесрезанных лилий. Марина с помощью двух помогавших ей китайцев — столь же невозмутимых и далеких от происходящего — связывала цветы в большие букеты.

На призыв Тихомирова она прореагировала, как робот. Вытерла руки, подошла.

— Марина Николаевна, — сказал Колосов, — что произошло между вами и Балмашовым вчера после посещения ресторана в Нескучном саду?

— Ничего не произошло, — тихо ответила Марина.

— Ты была с Андреем в ресторане? — удивился Тихомиров. — Ну вот видите, — он обернулся в Колосову, — а вы… да что вы такое говорите об Андрее!

— Марина Николаевна, вы должны дать правдивые показания, — настаивал, не слушая его, Колосов. — Это чрезвычайно важно.

— Я ничего не буду вам говорить, — твердо сказала Марина. Отвернулась и пошла к лилиям.

— Кому столько цветов? — спросила ее Катя. Ей пришлось повторить вопрос.

— Это для спектакля, — Марина словно очнулась. — А, это снова вы… Зря, видно, я дала вам ту консультацию про цветок…

— Для какого спектакля? — Катя смотрела на нее. С их первой встречи Марина разительно изменилась.

— «Лебединое озеро» Мэтью Боурна, Чеховский фестиваль… Англичане сами заказали Андрею… Продюсер хорошо знает его французского тестя…

— Что с вами обоими произошло вчера? Марина, ответьте, пожалуйста.

— Я ничего не скажу… Я люблю его… Лучше бы я умерла.

Подсолнух, Кифия… Катя в данную минуту не знала, что и думать обо всем этом. Вроде бы полная параллель, иллюзия, однако…

— Если вам известно местонахождение Балмашова и вы от нас скрываете… — грозно внушал в это время Колосов Тихомирову.

— Я не знаю ничего. Но он мой друг, поймите. И я не верю никаким вашим оговорам. Андрей — убийца, да что вы такое себе придумали? Андрей — убийца… Он талант, он интеллигент, он художник, наконец, творец. Его нельзя мерить, как всех, под одну гребенку. — Тихомиров рубил воздух ладонью. — Я его знаю всю жизнь. Мы всю жизнь с ним рядом. Я в молодости неуправляемый, забубенный был, хулиганил, дрался, а он… Он был мечтателем, думал о жизни, о смерти. Искал ответы на вопросы. Он был одержимым, если хотите!

— Одержимым не вот этой ли картиной? — Колосов потащил его в контору, через зал, заставленный образцами цветочной продукции, ткнул в гобелен «Царство Флоры».

— Я вас не понимаю.

— Эта картина… она же для него как наваждение, разве нет?

— Она всегда ему нравилась, с юности.

— Но он же убийства под ее сюжет подгонял!

— Это просто картина. — Тихомиров ошеломленно смотрел на Колосова, на «Царство Флоры».

— Короче, предупреждаю в последний раз, если вы скрываете от нас какую-то информацию о Балмашове, то… Вы ответите по уголовной статье. По всей строгости закона. Подумайте о своих детях.

— Да не знаю я, где он!

— Где данные о финансовой отчетности вашей фирмы?

— В компьютере есть и у нашего юриста.

— А данные о личном капитале Балмашова вам известны? Вы же компаньоны.

— Финансовые отчеты нашей фирмы в компьютере, а также у юриста. Там же сведения об уплате налогов, расходах, — упрямо повторил Тихомиров. — В личные дела Андрея я никогда не лез. Он взрослый, самостоятельный человек, женатый и вообще… Что вы меня за какую-то суку продажную держите?!

— Подготовьте как можно скорее всю финансовую документацию за этот год, также сведения о поездках Балмашова по стране и за границу. Потом эти гобелены, что здесь, у него дома и в магазине… Можно узнать адрес французской фабрики или фирмы, где он их приобретал?

— Можно, у нас где-то был телефон и факс, но зачем?

— Это важно для следствия. И еще. Мне нужны все сведения о том, когда, где и у кого ваша фирма приобретала за рубежом искусственные цветы.

— Опять искусственные цветы! — Тихомиров всплеснул руками. — Да не покупаем мы таких, мы живые выращиваем!