– Если бы не наши мозги, Левчик, сидел бы ты сейчас в своей сраной Англии, со своей недоделанной Клэр! – оскорбленно встрепенулась Клара Аркадьевна.

– А ведь и правда сидел бы! – захохотал Левин. – В сраной Англии, с недоделанной Клэр! И даже не понимал бы, что очень несчастен!

– И был бы беден, как клерк! – уточнил Титов.

– Деньги не главное, – обнял Левин Дину. – Мне наплевать, какого она роду!

– Я же говорила, что он мыслит исключительно тонкими материями! – фыркнула Клара Аркадьевна. – Если бы не наши хитроумные комбинации…

– Слушайте, – перебила ее Дина. – А кто нас запер тогда в квартире? Из-за кого мы на балконе сорок минут сидели?

– Я запер, – признался Фил. – Слышу, канитель за соседской дверью творится, ну, думаю, воры! Решил запиркой дверь запереть и в милицию всю гоп-компанию сдать. А тут ваши друзья дверь открыли, в квартиру зашли, а там… Растерялся я малость. Сделал вид, что ничего не видел, не слышал.

– Ладно, – вставая с собачьей дохи, сказал Клим, – все при принцах и при принцессах. Может, вернемся в цивилизацию? А то у меня на дачах рефлекс – тяпки ломать.

– Я вам голову отверну, молодой человек, если вы мне тяпку сломаете, – погрозила Вера Петровна загипсованным пальцем.

– А если мы это… того… отсюда в цивилизацию съедем… Полковника моего прихватим?! – робко попросила Клара Аркадьевна. – Боюсь, это последний мачо в моей многострадальной жизни.

– Ох, чует мое сердце, что не последний! – вздохнул Левин, вынимая из пальцев военного потухшую сигарету. – Эй, Кобзон, вы меня слышите? Видите? Осязаете? – Левин пальцем поводил у полковника перед носом.

– Я вообще-то не пью, – не открывая глаз, сообщил полковник. – Не пью, не курю, не…

– Тсс! – предотвратил Левин его излишние откровения. – Пусть это останется вашей маленькой тайной, полковник!

Дуська постелила себе на диване, а Филу на раскладушке.

– До свадьбы ни-ни, – строго сказала она, гася свет и в темноте стягивая одежду.

Фил вздохнул, разделся и лег на продавленную раскладушку.

Минут пять он пялился в потолок.

Сон не шел, хоть убей…

На диване послышались всхлипы.

– Ду-усь! – позвал Фил. – Ты чего ревешь? Чего ты ревешь, ведь все хорошо закончилось!

– Мы два неудачника, Фил!

– Удачника! – горячо возразил Фил.

– Две некондиции!

– Кондиции!

– Даже пять миллионов достались не нам!

– А вот это ты брось. – Фил сел на раскладушке. – Вот скажи, Дульсинея, на что нам пять миллионов? Что с ними делать? Дом на Рублевке купить? За-чем?! Мороки не оберешься. Они, дома-то эти, ухода знаешь какого требуют?! Снег зимой с крыши скинь, газон летом подстриги, крыльцо отремонтируй! Крыльцо всегда самое слабое место во всех домах, его завсегда ремонтировать надо… А еще птицы сверху гадят. Для них, птиц, Рублевка, не Рублевка, етитская сила, они летают и срут на дома за пять миллионов долларов! Тебе это надо?! Нет уж, мы лучше в квартирке, с комфортом, радостно заживем. Я на работу устроюсь. Вахтером, или дворником, или начальником смены. А ты… ты дома можешь сидеть, чистоту наводить и пироги с абрикосами печь.

Дуська перестала всхлипывать и вдруг рассмеялась.

– А на рыбалку мы будем ездить?

– Етитская сила! – треснул себя по лбу Портнягин. – «Урал»-то на Рублевке остался! Как ты думаешь, не сопрут его богатеи?

– Не сопрут, – заверила Дуська. – Кому там нужен «Урал»?

– «Урал» всем нужен, – обиделся Фил. – У него ж коляска!

Они еще помолчали.

– Ду-усь! – позвал Фил.

– Ну чего?

– А может… до свадьбы, того… породнимся? Что свадьба? Формальность. Иди ко мне! У меня тут уютно продавлено. Ду-у-усь…

– Ага! Счас! Еще я на раскладушке не роднилась! Давай ко мне на диван, тут выемочка есть, как раз под тебя.

– Дуська! Ура! И на хрена нам пять миллионов?! – Фил в длинном прыжке полетел на диван, но не долетел, с грохотом упав на пол. – Етитская сила, – потер он ушибленный зад, – и кто сказал, что я неудачник?

Дуська захохотала. Фил тоже захохотал, держась за живот. Они не могли остановиться – хрюкали, визжали, стонали и подвывали от смеха.

Соседи возмущенно заколотили в стенку старшего по подъезду, ведь было уже три часа ночи.

– Клим, мне нужен психолог!

Спальня была просторная, с минимумом мебели и массой свежего пустого пространства, в котором легко дышалось и хотелось летать.

– Клим, мне нужен психолог! – требовательно повторила Нора, лежавшая на плече у Титова.

– Зачем? – сонно спросил Титов.

– Я хочу понять, как можно выходить замуж за человека, которого почти не знаешь. Ведь Тарасова я знала с пеленок, а тебя…

Титов резко поднялся и сел в кровати.

– Ты меня в машине на встречке узнала? – стал загибать он пальцы.