Старик тут же повернул назад. И теперь уже Маша закричала:

– Доча, беги!

Но Анжела не двигалась. Она так и стояла с закрытыми глазами, словно не желая возвращаться в реальность.

Дед занес побитую дубину над головой.

Маша вскинула винтовку к плечу.

– Папа, не надо!

Кнопка с красным ободком… Палец на спуск…

– Папа!!

Анжела наконец-то открыла глаза. Она успела увернуться, и первый удар дубины просто вырвал прядь волос. Взъярившийся дед размахнулся опять. Девочка отпрыгнула и упала на землю. Узловатый сук впечатался в землю возле ее колена.

– Папа!!

Маша целилась отцу в спину. А он уже опять поднимал дубину. Девочка, глядя в перекошенное лицо старика, пыталась отползти, но ее ноги скользили по земле. Она не успевала. Не могла успеть.

– Мамочка…

Маша не заметила выстрела. Она почувствовала удар в плечо, увидела, как отца словно толкнули и он из-за этого промахнулся.

Анжела распласталась на земле. Глаза ее были закрыты. Девочка беззвучно плакала.

– Мамочка…

– Папа…

Второй выстрел расколол старику голову. Красно-серая жижа выплеснулась на ствол осины. Высоко занесенная дубина медленно опустилась. И дед, как-то странно вздохнув, тихо осел.

Маша бросила ружье.

– Дочка!

Она обняла дрожащую девочку, повернула ее так, чтобы та не могла увидеть мертвеца, ощупала ее всю.

– Мама, – Анжела открыла глаза. – Ты не поверишь.

– Что случилось, дочка? Что?!

– Папа был рядом. Это он меня спас.

– Ты о чем? Что ты такое говоришь?

– Он поймал меня, когда я падала. Я почувствовала это. Папа с нами – представляешь?!

Маша испугалась, что девочка сошла с ума от пережитого. Забормотала, касаясь губами холодного лба дочки, поправляя ее челку трясущейся рукой:

– Пожалуйста, не надо. Помолчи. Прошу…

– Это правда, мама. – Анжела улыбалась. – Я чувствовала на дереве, что он рядом, что он хочет помочь. И он поймал меня, когда я упала…

На поляну из кустов орешника выбежал Коля. С первого взгляда все понял, все оценил.

– Давайте уходить.

Он накинул свою куртку на плечи Анжелы, завязал рукава узлом. Подобрал карабин, протянул его Маше. Но она чуть ли не отпрыгнула от оружия, замотала головой; лицо ее исказилось страхом:

– Нет!

Коля не стал настаивать, понимая, что чувствует молодая женщина, только что убившая своего отца. Он забросил ружье за спину, взял на руки Анжелу. Девочка доверчиво прижалась к нему, поведала тихо:

– Дядя Коля! А мой папа – ангел.

Он рассеяно кивнул:

– Конечно…

Когда они вышли к деревне, семенящая позади Маша спохватилась:

– А как же папа?

– Я вернусь за ним, – успокоил ее Коля. – Не переживай. Думай о детях.

В избе их встретили Андрей и Костя, оба серьезные, будто бы повзрослевшие. Старший сын отчитался, что покормил младшего и поел сам. Сказал, что они немного поиграли в прятки, а потом стали читать найденную в шкафу книжку с картинками. Спросил, почему дедушка не заходит в дом.

Маша ответила, что дедушку они найти не смогли. Что он, наверное, ушел домой, в свою городскую квартиру. И что дальше они будут жить без дедушки.

Костя немного расстроился – он любил деда. А Андрей, кажется, не поверил матери.

Через час Коля вернулся в лес, чтобы забрать Александра Егоровича. Прежде чем взвалить тело на срубленную волокушу, он внимательно его осмотрел. Анатомию Коля знал посредственно, но даже он заметил странные изменения, произошедшие со стариком: его нижняя челюсть заметно выпирала, пальцы несколько удлинились, между лопатками вырос горб. Изменились и кожа, и форма ушей. Волосы легко выдергивались целыми прядями.

Дед Саша не просто сошел с ума.

Он перестал быть человеком…

Коля похоронил его недалеко от зятя, в тени той же ветлы. Могилу постарался сделать незаметной, чтобы дети не нашли, но скромный крестик все же поставил. Ближе к вечеру он привел сюда Машу, объяснил ей, что она стреляла уже не в человека, а в какого-то одержимого мутанта. Маша попросила оставить ее одну, и просидела у могилы часа три. Что она там делала, Коля не знал, он в это время занимался с детьми. Возможно, дочь просила у отца прощения.

Маша вернулась, когда Костя уже ложился спать, а Анжела и Андрей заканчивали ужинать.

– Когда мы уедем отсюда? – спросила она, сев за стол.

– Не знаю, – честно ответил Коля. – Пока я думаю, что здесь самое безопасное место.

– Но ты обещал ему… Помнишь?

Коля кивнул. Конечно, он хорошо помнил, о чем его просил умирающий брат.

– Я нашел Мезень, – помедлив, признался он. – Это небольшой городок на севере. Не представляю, что нас там ждет.

– Однако он хотел, чтобы мы были там. И ты обещал…