Полиция уехала, решив, видимо, что охрана в своем праве, и больше не появлялась.

После этого Гусак развернул бурную деятельность. Он угнал пару фур крупной торговой сети, захватил автоцистеру с бензином, распотрошил охотничий магазин. Остановить его было некому: город стремительно вымирал. Болезнь выкашивала жителей; те, кто не умер, превращались в зомби; кто не превратился в зомби, становился их жертвой.

– Я что, в какой-то фильм ужасов угодил? – спросил Женька, криво усмехаясь.

– Похоже на то, – признал Хохлов. – Я тоже не сразу поверил в происходящее. Но у меня был свой фильм ужасов: мне диагностировали рак четвертой степени, так что остальное меня мало интересовало.

Он рассказал, как проснулся в больничной палате и обнаружил, что соседи мертвы. Когда он выбрался на улицу, то понял, что обезлюдел весь город. Ему повезло, что его заметил патруль базовских – они взяли его с собой, приняв за врача, так как на нем был медицинский халат, который он позаимствовал в одном из кабинетов. Когда ошибка обнаружилась, его перевели в рабочие. Обязанности были простые – делать, что скажут.

– Значит, они командуют, а вы исполняете, – подвел итог Женька. – А скажи мне, Хохлов, где базовские держат украденные автомобили?

– Могут в гараж загнать, если ремонт нужен. А обычно прямо на улице машины стоят. Это на случай, если придется срочно эвакуироваться.

– И много у них народу?

– Человек сорок. И сотни две работяг.

– Ясно…

Женька задумался. Хохлов напряженно смотрел на него, будто пытался прочитать мысли.

– Не ходите к ним! – вдруг заявил он. – Они нас за людей не считают. Мы для них просто мясо. Расходный материал. Знаете, что тут произошло? Они скормили нас этим тварям. Они всегда так делают. Если им надо отвлечь зомбяков, то они отпускают нас. Говорят, что мы свободны. Можем идти куда хотим… Мы не хотели выходить из аптеки. Но они пригрозили, что перестреляют нас по одному. Мой приятель сел в коридоре, а они выстрелили ему в живот, а потом добили… На улице был хоть какой-то шанс спастись. И нам пришлось бежать… Кто-то пытался драться, но это бесполезно. Я знал, что надо прятаться. Я сразу сделал это, пока зомби были заняты, пожирая остальных… Не ходите к базовским! Уезжайте. И увезите меня. Пожалуйста!

– Я бы уехал с радостью, – сказал Женька. – Только твои базовские забрали мою машину.

Он достал ключ с брелоком сигнализации и потряс им в воздухе.

– Проводи меня к ним!

– Нет, – Хохлов поднялся на четвереньки, стал неуклюже отползать. Видимо, он боялся, что Женька силой заставит его показать дорогу на автобазу. – Не надо, не трогайте меня, пожалуйста!

– Не собираюсь я тебя трогать, – возмутился Женька. Но Хохлов, кажется, ему не поверил. Он уткнулся задом в забор из профнастила, подскочил.

– У меня еще есть пара месяцев жизни! – Оказавшись на некотором удалении, он, кажется, немного осмелел. – Я не хочу провести их как раб! Я сам убегу отсюда! Уеду! А вы останетесь у них в плену. И они скормят вас зомбякам…

Хохлов, причитая что-то, все отступал и отступал, пятился. Потом как-то боком, по-крабьи, прыгнул в сторону, развернулся и побежал – неловко, медленно, спотыкаясь через шаг, едва не падая.

Женька проводил его взглядом. А потом пожал плечами, харкнул на землю и пошагал в противоположном направлении – к неизвестным ему Маленкам и Халину – туда, где находилась автобаза.

В центр города Коля решил не соваться. И на окраинах можно было найти чем поживиться. На придорожных заправках, например, обычно продавали всякую мелочовку: шоколадные батончики, кофе, газированные напитки – бери, сколько хочешь.

Коля притормозил у одной такой, но ему почудилось движение за широкими стеклами, и он решил ехать дальше, тем более что шоколад его мало интересовал. Ему нужно было найти консервы, макароны и крупы, молоко длительного хранения, предметы женской гигиены для Маши и игрушки для Андрея и Кости. Он не планировал грабить магазины. У него при себе было достаточно денег. И ему было не жалко оставить их на кассе – все равно эти бумажки вряд ли что сейчас стоили.

В город он въехал с западной стороны. В советское время здесь располагалось несколько промышленных предприятий. Потом их все разделили и распродали – под швейные цеха, столярные мастерские, салоны художественной ковки, автосервисы и производство кладбищенских памятников. Десятки мелких фирмочек арендовали склады и ангары. Имелись тут и магазинчики, торгующие разным товаром по оптовым ценам.

Промзона никогда не была многолюдной. Поэтому Коля и выбрал это место. К тому же в лабиринте заборов и строений можно было легко спрятаться или уйти от преследования.

Он остановил машину возле небольшого магазина с простой вывеской «Еда». Огромные цифры «24», намалеванные на окне перед дверью, указывали на то, что заведение работает круглосуточно. И действительно, магазин оказался открыт.

Внутри никого не было. Коля заглянул во все углы, обыскал каждую комнату. Он нашел выход на двор, где разгружались машины с товаром, и перегнал «Ниву» туда; заглушил ее, оставив ключи в замке зажигания.

В магазине он первым делом набрал рыбных консервов – почти сотню банок. Потом вытащил из подсобки ящик и стал набивать его упаковками спагетти и круп. За этим делом его и застали вошедшие в магазин люди.