— Отличная работа! А теперь приготовь-ка мне ванну.

Скиннер послушно трусит вверх по трапу; но Дюван, прежде чем вернуться в самолет, ненадолго задерживается и обдумывает, что произошло. Ясно одно: Да-Зей приложила тут свою руку. Из чего следует, что в его команде завелся предатель. Это последняя капля, переполнившая чашу терпения Дювана. Да-Зей хочет войны? Она ее получит. Дюван наберет армию опытных головорезов и покончит с Да-Зей навсегда.

Но первым делом надо разобраться с предателем, и Дюван уверен, что знает, кто это. Фельдшер был единственным человеком, у которого был доступ в «заготовитель» и в день, когда умер Старки, и сегодня. Дюван гордится тем, что вознаграждает за верность и добросовестную работу. Предательство и саботаж, напротив, должно немедленно и решительно пресекать. На бонсай времени нет. Прежде чем подняться на борт, Дюван подзывает телохранителя:

— Приказываю освободить фельдшера от его обязанностей. Приступай.

— Освободить от обязанностей, — повторяет амбал. — Транк?

— Транк, — веско произносит Дюван, — предназначен для беглецов и других капризных детишек. Фельдшеру нужно нечто более капитальное. Какая у нас следующая остановка? Корея? Наймем там нового.

С этими словами Дюван, противник насилия, поднимается на борт — пусть телохранитель делает свое дело, лишь бы все произошло не на глазах у Дювана.

Он провалялся в отключке добрых двадцать минут. А теперь он уже не на летном поле. И вообще непонятно где. Постепенно приходя в себя, Нельсон соображает, что лежит в вызывающем клаустрофобию ящике, похожем на гроб, но гораздо, гораздо хуже.

— Добрый день, ГОВнюкЗАсранец, — произносит бодрый электронный голос. — Добро пожаловать в незабываемое путешествие! Я Интель-Капсула Автоматического Расплетения, ты можешь называть меня ИКАР.

— Нет! Не может быть! — Он пытается пошевелить рукой или ногой, но они не подчиняются. Кажется, на нем такой же серый комбинезон, как у убегавших расплетов. Только сейчас до него доходит, что комбинезон сделан из металлических нитей, а сам Нельсон зафиксирован на месте с помощью магнита.

— Перед тем как начать, ГОВнюкЗАсранец, мы должны проработать несколько пунктов, чтобы переход в разделенное состояние прошел как можно более гладко и эффективно.

— Эй кто-нибудь! Выпустите меня отсюда! — Нельсон с трудом выворачивает шею и видит, как кто-то заглядывает в окошко разделочной камеры. — Дюван, это вы? Помогите мне! Пожалуйста!

— Пункт первый: определение уровня комфорта. Пожалуйста, оцени свой уровень комфорта по шкале от одного до десяти, где десять — самый высокий уровень.

И тут Нельсон, к немалому своему ужасу, узнает лицо в окошке.

— Арджент! — вопит он, — Арджент, ты не можешь так поступить!

Но тот лишь взирает на него стоическим взглядом циклопа.

— Прошу прощения, — говорит ИКАР, — ответ неясен. Пожалуйста, оцени свой уровень комфорта по шкале от одного до десяти, где десять — самый высокий уровень.

— Арджент, я сделаю что угодно! Дам тебе все, что хочешь! — Но он знает, чего хочет Арджент. Правую половину своего лица. Прямо сейчас.

— Хорошо, — произносит ИКАР, — будем полагать, что уровень твоего комфорта удовлетворительный. Я вижу, что задействована экспресс-программа расплетения без анестезии. Это означает, что мы можем приступить немедленно.

— Что? Что такое? — Адреналиновая паника. Все тело Нельсона начинает трястись. — Подожди! Остановись! Стоп!

— Боюсь, ГОВнюкЗАсранец, что без анестезии ты начнешь испытывать крайний дискомфорт, начиная с запястий, локтей, щиколоток и колен, быстро распространяющийся на все тело. Это абсолютно нормально, учитывая заданную программу.

Процесс начинается. Нельсон смотрит в бесстрастные глаза Арджента и внезапно понимает, что тот не только собирается расплести его, но будет следить за процедурой до последней секунды. И наслаждаться.

— Чтобы отвлечь тебя от неприятных ощущений, я могу спроецировать ряд прекрасных пейзажей. Пожалуйста, выбери из следующего: горная цепь с высоты птичьего полета; океанское спокойствие; оживленный городской пейзаж; всемирные достопримечательности.

Ответом машине служит лишь вой, от которого кровь стынет в жилах.

— Прошу прощения, — говорит ИКАР, — ответ не засчитывается.

И снова в эфире радио «Свободный Хэйден». По крайней мере, до тех пор, пока нас не прогнали со станции. Дорогие слушатели, сегодня у меня есть для вас нечто особенное. Эта новость пришла к нам со страниц главной национальной газеты. Тот же материал появился сегодня утром во всех печатных и онлайновых СМИ. Конечно, некоторые газетенки попытались спрятать ее на двенадцатых полосах среди рекламы уцененных матрасов, но респект тем, кто поместил ее на первой странице под симпатичным заголовком, вроде такого: