– Как все это сделать?
– Леха печально вздохнул - надо знакомых через знакомых искать, а то никто чужой за бесплатно ноты писать и петь не будет. У меня денег совсем мало, на запчасти для машины коплю. Точно не хватит...

От неожиданного поворота беседы у меня что-то дрогнуло в душе. Этот, по сути, совершенно молодой парнишка, уже был бит жизнью, живет в коммуналке, работает водилой, но первым делом, прикидывает, как ОН может помочь, постороннему по сути, человеку своими несколькими копейками. Господи, куда все это потом ушло?! Куда исчезли эти люди из СССР так одномоментно и безвозвратно?

Чтобы потянуть время и успокоится от эмоций, я хрипло спросил:

– У вас на "Скорой", что водители за свой счет машины чинят?

– А, нет!
– отмахнулся Леха - это мне от дядьки достался "Москвич-408", он помер, а тетка не водила сама, я катал ее, в основном по врачам, а уж как она умерла, то теперь он мой стал. Других родственников нет. Только чинить надо, старый уже, не на ходу сейчас.

– Поняяяятно,- протянул я - нет, Лёш, спасибо, деньги есть. Просто надо с людьми встречаться, разговаривать, кого-то нанимать. Со мной разговаривать многие просто не будут. Место, опять же, подо все это надо - закинул я удочку.

– А, родители твои, они что говорят?

– У меня мама не знает даже, что я боксом занимаюсь! Не хочу раньше времени. Вот выиграю что-нибудь, споет кто-нибудь, вот тогда посмотрим.
– неопределенно пожимаю плечами.

– А деньги тогда откуда будут, если родители не в курсе?
– задает Леха логичный вопрос.

Трам- пам-пам-бум-бац... Вот он - "момент истины"!

– Ну, не у одного тебя тетка была. Моя вон в контрах со всей родней была, так что деньги только мне оставила. Любила меня сильно. Да и оставила не по завещанию, а так передала. Сказала, где лежит - делаю честную морду.

Леха кивнул. Посидели немного молча. Затем он поднимает голову, смотрит мне в глаза и спрашивает:

– Врешь?

Теперь моя очередь - киваю.

– Я под "условкой" хожу. Меня даже в "Скорую" только по звонку Ретлуева взяли...

– Ты меня не понял, Леша, - стараюсь говорить спокойно и размерено, щурю глаза на солнце и, изо всех сил, делаю безмятежный вид - деньги не ворованные, они никому, кроме меня, не принадлежат. И я хочу с их помощью сделать что-нибудь хорошее. Хорошее, Лёш, а не плохое. Что плохого в песне, хорошей песне? Что плохого в хорошей книге?
– стараюсь не сбиться на уговоры, просто, типа, рассуждаю:

– Песня про нашу армию, про ее подвиг. А книгу сначала прочитаешь, не проблема. Не понравится, что-то - не делай. Мне вот просто скучно, я не хочу после школы идти в ВУЗ, чтобы через 5 лет стать, как мама МНС-ом и всю жизнь чертить чертежи. А еще через 40 лет уйти доживать на пенсию, в окружении детей и внуков. Мне скучно будет жить обычную жизнь, как все. Скучно и не интересно. Я хочу в жизни праздника!
– я натужно засмеялся:

– Хочу славы, хочу поездить по миру. А жить скучно или подставлять морду на ринге - не хочу. И тебе предлагаю присоединиться...

Леха помолчал, переваривая:

– Так не скажешь откуда деньги?

– Не могу, Лёш, да и зачем?

– Так... хотелось бы заранее знать за что и кто придет убивать, - Леха мрачнел на глазах.

– Никто не придет, Лёш, поверь. Не кому прийти, хозяин денег умер. Давно. Сам.

"Сорвалось - понял я. Не согласится. Очень неудачно я разговор повел, неправильно. Да и побоится, даже без "условки" побоялся бы."

Леха молчал.

– Ну, пойдем что ли? А то и время уже...
– я обреченно поднялся.

Но Леха продолжал сидеть, уставясь на носки своих ботинок. Так же, не поднимая головы, глухо спросил:

– Что надо будет делать?

Я чуть не подпрыгнул от неожиданности. Не веря себе, осторожно спросил:

– Так ты согласен?

– Да.

– Почему?

– Потому что тоже не хочу скучно и не интересно... Уже так...

...На этой скамейке мы просидели еще больше двух часов. Потихоньку-полегоньку, я вытянул из Лешки, рассказ об его немудреной жизни. Да, он и сам ничего не скрывал.

Родился в Куйбышеве, с детства занимался боксом, прочили большое будущее в тяжах, после школы немного поработал на заводе и ушел в армию.

От спортроты отказался и пошел в морскую пехоту. В ВДВ не взяли - слишком большой! В армии остался на сверхсрочную, тогда же стал кандидатом в члены КПСС. Собственно, биография, как у большинства сверстников, даже успешнее.

Белая полоса в жизни закончилась неожиданно. Когда демобилизовался, вместе с сослуживцем-армянином поехал сначала к тому домой, в Сочи. Там, в семье друга, приняли, как родного.