— Хватит трепаться, — разозлился Гефест. — Говори, зачем пришел?

— Сатиры решили идти в поход на Брахму, — сообщил Дух. — Он их обидел с налогообложением.

— И это все? — удивился Гермес. — Пусть себе идут. Нам-то что с этого?

— А возглавит их Дионис. Вмешательство хотя бы одного из богов будет расценено как объявление новой войны между индами и потомками титанов. Сатиры уже собрались и ждут своего главного собутыльника. Я только что оттуда.

— Где находится место их сбора? — встревоженно спросил Гефест.

— В четырех днях пешего пути отсюда на восток. Дионис скоро присоединится к ним. У него недалеко был спрятан флаер.

Гефест, не прощаясь ни с кем, быстро пошел к воротам стойбища. Гермес присоединился к нему. Полифем удивленно крикнул:

— А как же Прометей?

— Как-нибудь потом, — долетел ответ, брошенный Гефестом. — Не до него пока.

Полифем, прищурив глаз, посмотрел на Пука, прикинувшегося покойником, и перевел взгляд на кобеля.

— Я все равно тебя достану, — сказал он, вставая.

— Не будь идиотом, — посоветовал Дух. — Я сейчас покину это тело, и ты будешь сводить счеты с самой обычной собакой.

— Ну и что? — Киклоп, кровожадно ухмыляясь, поднял меч. — Я буду считать, что в ее теле ты!

— А знаешь, давай побегаем, — вдруг согласился Дух. — Давненько я не занимался спортом.

До заката племя Пука наблюдало, как киклоп, размахивая мечом, гонялся за собакой вождя по кличке Хе. Пес был хитрым, и все заранее знали, что Полифем его не поймает. Поэтому на всякий случай держались от киклопа подальше. Иногда со стороны бегунов долетали вопли различного содержания, типа: «Придурок одноглазый!», «Я все равно тебя уничтожу, задожуйская пьянь!», «А-а-а, получай!», «Единственный глаз — и тот косой!» и тому подобные, непонятные для племени возгласы. Люди думали, что это киклоп разговаривает сам с собой.

В конце концов, и собака, и великан убежали в сторону леса через предусмотрительно распахнутые дядюшкой Чпоком ворота. Пес вернулся на следующий день. Глаза его горели шальным блеском, а похудевшие бока вздымались от столь продолжительного бега.

Пук тут же набросал ему целую кучу костей, а остальные люди принесли, кто что смог. Хе нажрался до отвала и растянулся на траве. Пук, выражая общее мнение, сказал:

— Молодец, Хе! Отныне ты — почетный пес племени. Еды у тебя будет в достатке. Но за это будешь теперь отгонять от стойбища всякую одноглазую шваль.

Люди одобрительно загудели, поддерживая своего вождя.

Текст 1

Эту часть текста я передаю со слов Прометея, так как сам при высадке титанов не присутствовал.

Верблюд, привезенный Кроносом и Япетом, пришелся кстати. Консервы действительно надоели всем. Поэтому он был приготовлен различными способами и с удовольствием съеден экипажем. А восемнадцатилетнему Эпиметею досталась даже двойная порция гуляша, которой он тишком поменялся с Атлантом. Тот взамен отдал брату свой стакан вина.

На совете экипажа было принято решение послать дромида подальше и приступить к высадке. А буде инды начнут возмущаться, то и их послать в том же направлении. Япет заявил, что ракеты, которыми он оснастил челнок, покупались у солидной фирмы, и за их качество он ручается головой. Местом высадки решили сделать большой остров, омываемый теплым морем.

Солнечным ранним утром челнок приземлился на зеленое поле недалеко от береговой линии. Был спущен трап, и через открытый люк в корабль ворвался свежий ветер, наполненный восхитительными ароматами трав, фруктов и лошадиного дерьма.

Перед шлюзом столпились титаны с титанидами и первое поколение рожденных в стенах челнока отпрысков. Остальная мелюзга находилась сзади в коридорах и почтительно дожидалась своей очереди. На корабле оставался один Гиперион, который должен был обеспечивать безопасность высадки.

Накануне совет, обсудив законы и традиции, пришел к выводу, что вынужденный спуск Кроноса и Япета к дромиду не может считаться торжественным и потому никакой роли не играет. Решено было, что первым на поверхность планеты ступит нога Зевса. У Япета по этому поводу возникли возражения, но их сочли шуткой и, посмеявшись, забыли.

Зевс, стоя в дверях шлюза, обернулся к соратникам, сделал важное лицо и праздничным голосом громко заявил:

— Я назову этот остров Зевсий! Море, которое его омывает, станет Зевсийским. А океан, который питает море своими водами, будет Зевсианским!

— А ты случайно про своего папочку Кроноса не забыл? — ехидно спросил Япет.

Зевс на секунду задумался, потом кивнул и снисходительно согласился:

— Да, ты прав. Его имя будет носить то поле, на которое приземлился наш челнок. А что? Лужайка Кроноса! По-моему, звучит неплохо.