Усилием воли заставив себя не проявлять внешне эмоций, я медленно повернула голову и встретила взгляд знакомых чёрных глаз. Дамил, капитан Серых Крыс, с которым мы давеча столкнулись в Павильоне Цветов, следовал за мною все это время.

— Спасибо, почтенная, — меж тем сказал капитан громко, и говор простолюдинов волшебным образом сменил в его устах правильную четкую речь. Ошеломленно кивнув в ответ, я стремительно направилась вперёд. Как и всегда, в критической ситуации разум мой быстро находил ответы на вопросы; вот и сейчас я знала наверняка, в чей дом желаю заглянуть.

Спустя час я рассматривала небольшой, но уютный особняк на Третьем Ярусе города, граничащий со складскими помещениями. Окруженный чуть запущенным садом, он охранялся простейшим плетением, которое отозвалось услужливым звоном на моё неуверенное прикосновение.

Где-то залаял пёс, приветствуя меня.

— Тихо, Ли! Тихо! — знакомый голосок, звонкий, словно переливы горного ручья, разнесся над садом, заставив меня сжать зубы. Было горько от осознания собственного лицемерия: как можно было прийти сюда после всего, что я натворила?!

— Кто там? — вопросили у меня между тем.

— Мари, это я, — мне и самой стало мерзко от того, как дрогнул мой голос. Калитка резко распахнулась, и Марита с визгом кинулась мне на шею.

— Омали!! Это ты, это, правда, ты! Как же я рада, что ты заглянула! Проходи, давай!

— Спасибо, — я неуверенно улыбнулась. В общем, проявления человеческого добродушия настораживали меня всегда, а уж после длительного общения со сворой хищных тварей, по недоразумению именуемых пэрами, это обострилось в разы.

Между тем, Марита схватила меня за руку и повела, щебеча:

— Я так рада тебя видеть! Тебе стоило предупредить, что ты придёшь, мы бы подготовились! Ты в гости?

Признаться, вопрос меня смутил.

— Мари, говоря откровенно, я хотела попроситься к тебе на постой на три дня. Мне не очень хочется возвращаться в Библиотеку, и…

— Госпожа Омали, — серьёзный мужской голос, звучавший откуда-то со стороны крыльца, прервал мой сбивчивый монолог, — После того, что Вы сделали для моих детей, Вы всегда будете желанной гостьей в этом доме.

Стремительно обернувшись, я увидела темноволосого невысокого мужчину лет сорока, довольно привлекательного и хорошо сложенного. По всему выходило, что передо мною был купец Китог, отец Мариты и Микеша.

— Моё почтение, Господин, — кивнула я.

— Проходите, — повторил он приглашение, и я, разумеется, не стала отказываться.

В отличии от виденных мною в последнее время интерьеров, этот не блистал оригинальностью, необычностью или роскошью. Но дом купца был уютным, тёплым и светлым. Оказавшись в нём, человек точно понимал: здесь живёт семья, достойная и прочная, такая, какой следует гордиться.

Такая, какой у меня никогда не было и, как я знала уже тогда, не будет.

Купец, убедившись, что гостью приняли достойно, оставил меня на попечении дочери и жены, худощавой черноглазой женщины по имени Жикили. По сути, глядя на них с Мари, я не могла не поражаться их феноменальному сходству, которое проявлялось не только во внешности, но и в манере поведения. Разумеется, мать была менее порывиста и откровенна, чем дочь, и обладала более усталыми глазами, но в остальном — их родственную связь невозможно было не заметить.

Меня усадили за стол, как почетную гостью, и накормили. В первый момент я, по привычке, хотела отказаться, опасаясь яда, но потом одернула себя — право, это было уже чересчур. Потому, плюнув на возможную опасность, ваша покорная слуга расслабилась и позволила себе нормально поесть — впервые за последние пять дней.

— Потрясающие пирожки, Мари, — похвалила я, словно между делом, — Их даже Император оценил.

Жикили всплеснула руками и тихо ахнула. Мари схватилась за голову:

— Ты давала Императору мою выпечку?! Как ты могла?!

— Ну, он тогда ещё не был правителем, — пояснила я осторожно, — И должна же я была чем-то его кормить…

— Ты должна была меня предупредить! — возопила девушка, — Они подгорели! Как ты могла?! Что Император обо мне подумает!?

Я тихо фыркнула, ощущая странную маету: за последнее время люди, подобные Мари, окончательно стали для меня чем-то чуждым и необычным. Меж тем, Жикили серьёзно сказала, глядя мне в глаза:

— Госпожа Омали, спасибо, что попросили за Мари и Микеша перед Его Величеством; пэри Эллина сказала, что за их новые должности мы можем благодарить только Вас.