— Аннабель, — начал он, подняв руки в доказательство, что не собирается причинять ей боль.

— Нет! — Захариил допустил ошибку, пытаясь снова её схватить. Аннабель пригнулась... и вонзила клинок ему в бок. Она переоделась, но не избавилась от оружия, прикреплённого к бёдрам. Ангел должен был догадаться.

— Больше никогда не прикасайся ко мне снова, — выплюнула она.

Он застонал, понимая, что она задела почку.

Аннабель расправила плечи, бросила окровавленный кинжал, словно он жёг ей руку, и одним кулаком придерживая края своей футболки, другой прижимала их к своему сердцу. Она дрожала и продолжала от него пятиться.

— Ты слышал меня? Никогда!

Захариил понял, что натворил. До чего её довёл.

Ему стало ужасно стыдно. Рана пульсировала, но он не обращал на неё никакого внимания, понимая, что она скоро заживёт.

— Аннабель.

Она убыстрила шаг и продолжила пятиться, пока не достигла противоположной стены. Но даже этого ей казалось недостаточно: Аннабель выставила вперёд руку, словно опасалась, что он нападёт снова.

— Н-не приближайся! — Страх проступал в её голосе и был настолько острый, что о его края буквально можно было оцарапаться. А мгновение спустя с её губ сорвался мучительный крик.

Обеспокоенный Захариил кинулся к ней, но она выпрямилась и метнулась вправо, избегая контакта с ним.

— Остановись! Я тебе говорю. — Выкрикнула она, окидывая Захариила взглядом, словно ища наиболее подходящее для удара место. — У тебя действительно чёрное сердце.

Захариил остановился, как она попросила, оглядел себя и заметил тёмное пятно возле своего сердца, которое так сильно увеличилось в размере, что перешло на ключицу и захватило часть его торса.

Отмерла ещё одна часть его духа.

"Ничего удивительного, что Аннабель вырвалась из твоих объятий".

С того момента, как Захариил понял, что означает это пятно, он жил с ощущением, что его время медленно истекает, и рано или поздно он умрёт. Его это, в принципе, устраивало... но теперь всё изменилось. Если неизбежное произойдёт, то Аннабель останется беззащитной.

Захариил быстро поправил одежду, чтобы скрыть от взора девушки этот дефект. Он сложил руки, демонстрируя Аннабель, что в настоящий момент ей абсолютно ничего не угрожает.

— Мне очень жаль, что я обидел тебя. Я не хотел. — Он сделал осторожный шаг ей навстречу.

Аннабель яростно помотала головой. Волосы, которые мгновение назад ангел стискивал в кулаке, теперь разметались спутанными прядями. Всё это время она продолжала прижимать руки к груди.

— Я сказала тебе не приближаться. Стой, где стоишь!

В этот момент Захариил был готов на что угодно, кроме того, о чём она его просила. Если он её сейчас отпустит, Аннабель никогда не поверит ему снова, и он ещё не догадывался, как нуждался в том, чтобы она ему доверяла. Она воздвигнет стены, которые ничем невозможно будет свернуть, подпитывая их своей обидой и яростью. Ангел ощущал это так же инстинктивно, как собственную потребность защищать её. Он ускорил шаг, не желая позволить этому произойти.

В тот момент, когда он достиг её, Аннабель вырвалась, сопротивляясь изо всех сил. Хорошо ещё, что не решила пустить в ход остальные кинжалы.

Ему потребовалось больше времени, чем он предполагал, но наконец, удалось схватить Аннабель за руки. Хотя ангел презирал себя за то, что собирался сделать, сцепив её запястья одной рукой, другой он удалил оставшиеся лохмотья и достал из воздушного кармана новую футболку — ту, которая ему больше всего нравилась, поскольку была такая же синяя, как её бездонные глаза.

Аннабель плакала и отбивалась, пока он натягивал на неё футболку.

Всё это время Захариил шептал ей на ухо:

— Аннабель, я не собираюсь причинять тебе боль. Ты в безопасности. Не нужно сопротивляться.

Но она была слишком испугана, чтобы услышать его.

Захариил понял, что так ему до неё не достучаться. Не представляя, что ещё мог сделать, он расправил крылья и полетел с Аннабель на руках ко входу в пещеру. Он дважды чуть не уронил её, так яростно она вырывалась, но, в конце концов, благополучно опустил девушку на пол. В то же мгновение, оказавшись на твёрдой земле, Аннабель рванула вперёд, мчась по туннелю, подальше от ангела.

Захариил сделался невидимым и полетел за ней вслед. Аннабель постоянно оглядывалась, пыталась его увидеть. И хотя ей даже не удалось его почувствовать, девушка не замедлилась. Она бежала, бежала, бежала, тяжело дыша и плача. Едва заметив пробивающиеся сквозь вход в туннель солнечные лучи, она прибавила ходу.

Она кинулась к дневному свету и запнулась за большой камень. Лицо Аннабель исказила боль, но девушка поднялась и продолжила движение. Захариил учуял запах её крови и понял, что Аннабель ободрала колени.