— Карманов и Табанин показали, что вы заигрывали с гражданкой Квасовой, явно желая вступить с ней в сексуальные отношения.

— А они че, не желали?!

— Вы остались наедине с Квасовой, а не Карманов с Табаниным.

— Остался, и че?

— После этого Квасову больше никто не видел.

— Я тоже ее после этого не видел.

— Стасов, хватит дурака валять. Рассказывайте!

— Начальник, ты конкретно спрашивай, что тебе надо! Постатейно.

— Пожалуйста. Гражданин Стасов, расскажите мне подробно, что произошло между вами и гражданкой Квасовой на так называемом старом пляже города Бирючинска 30 мая 2011 года после того, как граждане Табанин и Карманов его покинули.

— Без проблем, майор! — Стасов подался вперед. — Закурить не дашь?

Посохин покачал головой.

— Ладно, слушай сюда. — Стасов потер ладонью плохо выбритый подбородок. — Как только эти два пердухана с речки свалили, стал я к этой… гражданке клеиться. А она, как целка, ломаться начала, хотя до этого об меня мочалкой не по-детски терлась. Я, конечно, тут же сделал поправку на ее настрой и прочитал стишок с выражением про любовь до гроба. Я это умею. Потом куртень на песочке расстелил, чтобы все пафосно прошло, приобнял ее за талию как принцессу Диану, а когда стал поясок развязывать, эта коза вообще в полный отказ пошла! Оттолкнула меня и еще хотела по рыльнику кулаком заехать. Сам понимаешь, начальник, за такое я мог ее отпердолить во все дырки, но я не какой-нибудь фраер. Мне без любви не в кайф! Я пацан правильный. Ну, сказал ей, что она не права. Зачем было пургу гнать на счет перепихона? Не знаю, чем бы у нас там дело кончилось, может, я и вломил бы ей в торец, но тут Сашка Хомяк подвалил на своем корыте. С ним две телки из чистеньких были. Он их по Лигани на моторе возил. Я с ними и свалил оттуда. Он меня на нефтебазе высадил. Я взял пузырь водяры и к Ольке Гореловой на хату завалился. Мы с ней потом всю ночь кувыркались, а утром рванули в Ростов погулять. Там зависли почти на неделю у Машки, ее троюродной сеструхи. А когда вернулись, ваши меня и повязали.

— Хомяк — это кто?

— Самохин Александр. Отчество не знаю.

— Девчонок имена помнишь?

— Что с ним были? Одна Галя, а вторая… Света.

— Возраст?

— Чей?

Стасов уставился на Посохина мутными круглыми глазками.

— Девчонок, что были с Хомяком.

— А! Лет по двадцать.

— Как они выглядели?

— Симпотные. Галка — шатенка. Духовка у нее вот такая! — Стасов развел руки на ширину плеч, показывая размер таза случайной знакомой. — Волосы длинные, распущенные. Светка темненькая, с челочкой. Ноги длинные. Сиськи только у нее почти как у пацанки. Но торчком! Будто две Фудзиямы, в натуре.

Стас хихикнул.

— Во что они были одеты?

— Кто? А, телки! Галка в шорты и футболку… Че было тиснуто на майке, я не помню. В английском я не силен, да и буфера у нее такие, что не особо прочтешь — все расползается. Майка черная. А Светка была в белом сарафане. С цветочками. Трусы и лифчик просвечивали. Пару раз я ей вдул бы. Телка суперсекси!

— Велосипед вы с собой забрали?

— Чего? Какой велосипед?

— Стасов, у вас есть велосипед?

— Какой велосипед? Че ты гонишь?!

— Гражданин, повторяю вопрос: был ли у вас с собой на пляже велосипед?

— Ничего у меня не было! Какой еще велосипед?!

— Успокойтесь. Давайте дальше. В Ростов вы на чем поехали?

— На лисапете! — Стасов ухмыльнулся. — На такси, конечно. Олька три штуки водиле кинула. Ну, и я кое-что добавил. Проехались с ветерком.

— Таксиста знаете?

— В морду знаю, а как зовут… По моему, Игорек. На педрилу похож. У него татуировка на всю левую руку. Чисто понтовая такая.

— Марка машины?

— «Семерка» свежая. Темно-синяя.

— Время, когда поехали?

— Часов восемь было. Утра.

— Посидишь у нас, пока проверим.

— Начальник, за что?!

— Для профилактики.

— Майор, если я тебе еще кое-что скажу, отпустишь?

— Говори.

— Отпустишь?

— Сначала я вас выслушаю, а потом уже посмотрим.

— Лады, начальник! Говорю, как там оказался. Табаня мне шепнул, что одна профура ищет опытного человека для дела и сулит большие бабки. Он и устроил нам эту свиданку в понедельник. В общем, эта толстозадая хотела, чтобы я одного козла завалил.

— Речь шла о заказном убийстве?

— Ну, у вас это так называется.

— Имя козла Квасова называла?

— Нет. Мы насчет цены не столковались. Я, конечно, на мокруху не собирался подвязываться. Так, хотел ее просто на бабки раскрутить, а потом слинять. Заяву на меня она все равно не стала бы писать. Дело выходило чистое.

— Сколько она предложила?

— Триста кусков. Я сказал, что хочу пятьсот. Она торговаться начала. Я предложил ей перепихнуться, чтобы покрыть часть суммы, если у нее на заказ денег не хватает. После этого она и врезала мне по хлеборезке, лярва!

— Что дальше было?

— Хомяк потом подвалил. Я ей сказал, что мое слово она слышала. Если буду нужен, пусть ищет меня через Табанина. И мы уплыли. А она там осталась, на песочке.

— Какой у вас размер обуви?

— Чего? А, размер. Сорок шестой!

Стасов поднял левую ногу и с гордостью на нее посмотрел.

— Телефон у вас есть?

— Есть.

— Дайте сюда.

— Зачем?

— Дай сюда! Или хочешь здесь на пару дней задержаться?

Стасов протянул Посохину телефон.