Шрифт:
Капитан Астахов удалился в недра квартиры.
– Давай, Ашотик.
Человек восточного типа проскользнул в комнату. Забегал в поисках ракурса, защелкал блицем. Я вдруг с удивлением услышала, как седой Лисица замурлыкал что-то себе под нос – я разобрала мелодию, похоже, ария Вертера: «О не буди меня, зефир младой весны…» Он казался вполне удовлетворенным жизнью и обстоятельствами – деловито пристроил на журнальном столике свой кейс, натянул резиновые перчатки, присел на корточки, рассматривая мертвого человека, и лицо у него при этом было вполне благодушным. Странный персонаж.
Капитан Астахов тем временем обнаружил и привел давешнюю седую и растрепанную старуху в халате. Увидев человека на полу, она шагнула в комнату и бог весть что собиралась сделать, но капитан придержал ее за плечо.
– Что? Что? – забормотала она, и безумие сквозило в ее диком взгляде. – Володька! Они вот пришли! – Она ткнула в нас пальцем. – Эти две, я открыла. Чего? Вы кто? Кто открыл?
– Кто это? – спросил Кузнецов.
– Володька Чернухин, квартирант. Чего надо? Обкрадут, никому нельзя открывать! Вот я сейчас на вас милицию! Вовка! – позвала она и попыталась вывернуться из-под руки капитана. – Кровь?! – вдруг произнесла она хрипло. – Добегался! А я ведь говорила, что добра не будет!
– От чего не будет добра? – спросил капитан.
– От дурных денег! К нему все время шныряли какие-то… И бабы. Вроде этих! – Старуха с отвращением посмотрела на нас и плюнула на пол. – Господи, спаси и помилуй… – Она опустилась на пол, впадая в транс и бормоча совсем уже неразборчиво…
Похоже, взять с нее было нечего. Капитан выдвинул ящик секретера, покопался в бумагах, вытащил паспорт.
– Чернухин Владимир Семенович, год рождения…
– Пробей!
Капитан достал из портфеля ноутбук.
– Ну-с. – Кузнецов повернулся к нам, стоявшим в остолбенении у двери. – Как вы сюда попали? Рассказывайте.
– Мы были вчера в «Белой сове», – начала я и оглянулась на Галку. Она одобрительно кивнула – не тушуйся, мол, отвечать будем вместе. – И там я спросила про бармена, который работал четырнадцатого июля… Его не было, а потом я нашла в сумочке адрес, уже когда мы пришли домой… Музыкальная, восемнадцать… Этот адрес. Мы пришли и нашли его… И сразу позвонили вам.
– Откуда взялся адрес?
– Наверное, его положил в сумочку другой бармен…
– Зачем вам Чернухин?
– Мы хотели спросить про Лару Куровицкую… То есть Андрейченко.
Кузнецов и Коля Астахов переглянулись.
– Зачем?
– Она моя одноклассница… Ее муж, художник Андрейченко, позвонил позавчера и сказал, что… ее убили.
– Вы с ним знакомы?
– Нет, он нашел мой номер в ее записной книжке. Номер домашнего телефона, я записала его восемь лет назад, а она мне дала свой.
– Чего он хотел?
– Не знаю. Просто сказал, что она… что ее убили. Еще спросил, какая она была в школе.
– Он просил вас о чем-нибудь?
– Нет! Да. Пригласил посмотреть «Магнолию», когда он закончит оформлять.
Кузнецов и Коля снова переглянулись.
– И что вы сделали после этого?
– Пошли в «Белую сову»…
– Почему именно туда?
– Андрейченко сказал, что Лара там часто бывала. И мы решили узнать, была ли она там четырнадцатого июля, а если была, то с кем ушла, и я спросила у бармена, кто работал четырнадцатого июля, и он сказал, что Валдис, а потом мы нашли его адрес – он выпал из сумочки… То есть листок из блокнота. Вот… – Я замолчала, выдохшись.
Кузнецов некоторое время рассматривал нас, потом сказал:
– И вы решили начать собственное расследование, потому что не доверяете правоохранительным органам, так?
Мы снова переглянулись. Что тут было говорить? Заливать о замечательной женской интуиции? И желании обставить (Ситников говорил «обштопать») ментов?
– Мы бы вам потом все рассказали! – выпалила Галка.
– Спасибо большое! – ядовито ответил Кузнецов. – А вот мы вас сейчас изолируем на семьдесят два часа за попытку ввести следствие в заблуждение, тогда будете знать, как пытаться вводить следствие в заблуждение! Игрушку себе нашли, понимаешь! Мы это уже обсуждали в прошлый раз, помните? [6] Лавры великого детектива не дают покоя? Скучно жить стало? Адреналина не хватает? Ищете приключений себе на… голову?
6
Романы «Японский парфюмер» и «Два путника в ночи».
– Но ведь вы бы никогда не связали этого Валдиса с Ларой Андрейченко! – попыталась защититься я.
– А вы считаете, эти убийства связаны?
– Конечно! Я вчера спросила про бармена, который дежурил четырнадцатого, и про Лару Андрейченко, и его тут же убили.
– Вынужден вас разочаровать, деточка, – вмешался Лисица, – этот парень мертв около полутора суток. То есть его убили позавчера вечером – точнее скажу после экспертизы.
– А почему тогда его убили? – Я растерялась.