Линда дошла до моста, продолжая идти все тем же шагом. Ноги ее плясали на главном канате, одна рука лежала на направляющем, другая сжимала винтовку. Смит позволил ей отойти на несколько шагов, потом ступил сам на хлипкое сооружение. От прибавления его веса мост закачался, зловеще заскрипел, несколько соединительных веревок порвались.

Кабрильо и Макд бежали рядом, зная, что меньше чем в ста метрах позади «Ми-8» высадил пассажиров и стал подниматься. Его громадный винт колотил жаркий, душный воздух.

Очередь трассирующих пуль пересекла их тропинку, заставив обоих залечь. Хуан перевернулся на спину и выпустил заграждающую очередь, чтобы дать Макд возможность взойти на мост. Затем залег за камнем, и как только видел движение в джунглях позади них, стрелял.

Из кустов вылетела граната. Хуан спрятался за камнем, когда неумело брошенный снаряд сотряс взрывом воздух. Вокруг него впивались в землю осколки, но в него не попал ни один. Лоулесс лежал на полпути между ним и мостом. На дальней стороне Линда вышла на берег, тут же спряталась за опору и открыла прикрывающий огонь. С места Кабрильо вспышки от вылетающих пуль выглядели мерцающими звездами.

Хуан сменил полуопустевший рожок новым, выпустил длинную очередь и выбежал из укрытия. Он чувствовал себя так, будто к спине приколота громадная мишень, а ноги покрыты свинцом. Бежать, казалось, труднее, чем по грязи, когда они только сошли со шлюпки. Достигнув моста, Кабрильо повесил винтовку за спину. Мост подскакивал и качался, словно под электрическим током. Впереди Хуана Макд двигался со всей быстротой, на какую был способен. Смит вышел на берег и помогал Линде.

Пули свистели вокруг Хуана, он старался сохранять равновесие и бежать. Ему казалось, раньше туго сплетенный канат был не таким узким. В тридцати метрах под ним вода билась в белопенном кошмаре. Ожидая в любой миг пулю в спину, он продолжал бег, канат раскачивался под ним словно гамак.

Все время Хуан смотрел под ноги и просто чудом глянул перед собой. Чуть впереди Макда в канат попали пули, выпущенные, вне всякого сомнения, бирманскими солдатами. Канат порвался, лохматясь конопляными нитями, и направляющие канаты приняли на себя дополнительное напряжение.

– Вниз! – крикнул Кабрильо, перекрывая шум боя, и бросился на дрожащий основной канат.

Макд лег, ухватившись за канат руками и ногами.

Даже когда мост только строился, направляющие канаты не должны были нести нагрузку основного. Они продержались несколько секунд, которых Кабрильо хватило, чтобы повернуться лицом к храму. У него была секунда, чтобы увидеть, как двое солдат в полевой военной форме бегут по мосту.

Сперва порвался один направляющий канат, отчего весь мост изогнулся. Через секунду лопнул второй, и Кабрильо внезапно оказался в свободном падении. Он держался за канат, шедший по дуге к буддийскому храму, увеличивая скорость с каждой секундой. Ветер свистел в ушах, мир вращался. Двое бирманских солдат не видели, что надвигается. Один с криком полетел вниз, вертя руками и ногами, пока не рухнул на камни внизу. Вода тут же смыла красное пятно и унесла мертвое тело. Второй сумел ухватиться за направляющий канат, когда они провисали.

Хуан ухватился покрепче и приготовился к удару, сознавая, что если выпустит канат, то погибнет. Он ударился о твердый камень с такой силой, будто на него налетел автобус. Ключица сломалась будто прутик, и вся левая часть тела на миг онемела. А потом его мозг заработал снова, и боль пронизала тело от лодыжки до головы. Из раны на виске текла кровь, и ему потребовалась вся сила воли, чтобы не разжать руки и разом не покончить со всем этим.

Солдат, ухватившийся за канат в последнюю секунду, издал предостерегающий крик, когда разжал от удара руки и покатился по стене утеса. Хуан не мог ничего поделать. Парень вскользь задел его, заставив немного соскользнуть вниз по канату, и исчез.

Кабрильо посмотрел вниз. Увидел, как солдат пролетел мимо Макда, который как-то держался, хотя пролетел большее расстояние и ударился сильнее, врезался в воду вниз головой и исчез. Хуан не видел, чтобы он появился на поверхности.

Кабрильо понимал: подниматься со сломанной ключицей по канату невозможно, а если он бросится в реку – погибнет. Подумал, что, может, они с Лоулессом смогут раскачать канат и приземлиться на платформе мельничного колеса, но из этого ничего бы не вышло. Платформа находилась слишком далеко.

Кабрильо поднял взгляд, ожидая увидеть торжествующие лица солдат, целящихся в него сверху. Он больше не слышал стрельбы Линды с другой стороны ущелья и решил, что, когда канат порвался, они со Смитом отступили. Солдаты могли подлететь на вертолете через несколько минут, поэтому не было смысла задерживаться из-за ситуации, контролировать которую не могли.

Канат начал медленно раскачиваться, и Хуан сообразил: солдаты, вместо того чтобы расстрелять его и Макда, поднимают обоих к краю ущелья. Участь пленника в этих краях такова, что падение в реку покажется меньшим злом.