— Мне, принцесса, удалось подслушать разговор оборотней с посланцем их Хозяина. Посланец назвал себя дафэн Зиньяо…

— Ты смог приблизиться к дафэну?! — удивленно перебила меня Шан Те. — Но я слышала, что это невозможно! Даже те, с кем он сам намерен встретиться, бывают парализованы при его приближении — они могут только говорить и слушать, а уж приблизиться к дафэну против его воли!…

— Ну… кое-какие трудности были, — согласился я. — Но мне удалось их преодолеть! Так вот, этот самый Зиньяо приказал цзинам от имени Хозяина отвести пленников в Синий пригород Пакита, в усадьбу с яшмовыми воротами… Нет! — поправил я сам себя. — В усадьбу «Яшмовые ворота»! И срок установил — завтра к вечеру. К сожалению, он не сказал, зачем они Хозяину понадобились, но по крайней мере до завтрашнего вечера ни твоему отцу, ни моему учителю ничего не грозит.

— А кто этот самый Хозяин есть? — неожиданно вмешался в разговор Поганец.

— Судя по посланцу и по тому, каким образом он появился, я думаю, что Хозяином должен быть один из Великих магов Поднебесной. Ну а поскольку Неповторимому Цзя похищать своего подданного нет нужды, приходится сделать вывод, что это — Цзя Шун.

— Нам надо торопиться!… — воскликнула Шан Те, и в ее глазах снова сверкнули слезы.

— Мы, конечно, поторопимся, — успокоил я ее. — И по следам цзиней мы не пойдем, кое-кто из нас знает более близкую дорогу!

Я посмотрел на Поганца, тот немедленно сделал вид, что полностью поглощен куриной ножкой, выуженной им неизвестно откуда.

— Ученик, — строго окликнул я малыша, — не ты ли мне говорил, что хорошо знаешь дорогу до столицы и что там можно быть уже завтра днем?!

— Я?! — натурально удивился Поганец. — Когда?!

— Да когда уговаривал меня идти в Пакит!

— Ну, учитель, это когда было!…— припомнил тот. — Теперь, чтобы успеть к тому сроку, который я тогда называл, надо очень поторопиться!

— Что ж, мы поторопимся! — немедленно согласился я. — Заканчиваем нашу трапезу и немедленно отправляемся. Если будет нужно, я думаю, мы вполне обойдемся без ужина!

В следующее мгновение Шан Те и Гварда были на ногах, а я принялся заворачивать свертки с остатками еды.

— Как заканчиваем?! — оторопел Поганец, отрываясь от куриной ножки.

— Ты же сам сказал, что нам надо торопиться! — пояснил я, пытаясь вытащить из его цепких пальчиков недоеденный харч.

— Но не до такой же степени! — возмутился мой малорослый ученик. — И вообще, как можно торопиться во время приема пищи, так ведь и гастрит с колитом получить можно!

— Ну, от этих хворей я тебя быстренько вылечу! — успокоил я малыша.

Тот, недовольно ворча, поднялся на ноги, а я, быстро закончив сборы и посовав чуть полегчавшие свертки в свой мешок, направился к своей лошади.

Шан Те уже была в седле, а Гварда стоял рядом, ожидая команды к отправлению.

И тут мы снова услышали писклявый голосок Поганца Сю:

— О-хо-хо… Кажется, я немного переборщил с закусками… Чтой-то мне тяжело…

Я как раз собирался садиться в седло, но вынужден был оглянуться на этого прохиндея. Поймав мой обращенный в его сторону взгляд, он очень виновато пожал плечами и огорченно произнес:

— Нет, учитель, я определенно не могу сейчас торопиться… Мне надо… полежать…

И он, не сходя с места, улегся в травку.

Я буквально задохнулся от столь беспардонного проявления… саботажа! С минуту мы все молчали, уставившись на маленького наглеца, и тут подал голос Гварда.

— Сор Кин-ир, положение очень серьезное, — громко заявил он весьма озабоченным тоном. — Если мы позволим ему вот так лежать, у бедняги может случиться заворот кишок! Знаете, что делают с лошадьми, которые переели овса?…

— Им не дают лежать!… — взвизгнула, на мой взгляд, слишком уж восторженно Шан Те. — Их… гоняют!!!

Она резко развернула свою лошадь и галопом направила ее прямо на разлегшегося Поганца.

Расстояние между принцессой и саботажником Сю в момент ее старта было метров десять-двенадцать, так что удивленно пялиться на приближающуюся наметом лошадь Поганец смог секунды три, не больше. После чего он вскочил на ноги и метнулся, вполне разумно, наискосок от приближающейся лошади в мою сторону, при этом оглушительно заверещав:

— Нет у меня никакого заворота!!! Не надо меня гонять, у меня ножки слабые!!!

Шан Те, показав себя прекрасным наездником, мгновенно развернула лошадь и снова направила ее вслед за Поганцем. Тот оглянулся и… исчез!… Правда, это мало помогло бедняге, трава в этом месте леса была необыкновенно высока и потому явственно показывала, в какую сторону направляет Поганец свой бег. Узкая дорожка полегшей травы, странно петляя, направлялась в сторону моей лошади, и хотя Шан Те уже остановилась, с удивлением наблюдая за стремительным удлинением этой дорожки, мой ученик нисколько не уменьшил скорости своего, передвижения. Уже через тройку секунд эта дорожка практически уперлась в ноги моей лошади и… оборвалась.