Она выразительно посмотрела на Изабел.

– Какая честь,– пробормотала та.

– Не смейте разговаривать со мной в подобном тоне, девушка! •– резко одернула ее визитерша.– Так-то вы ведете бизнес? Между прочим, клиент всегда прав! Нас информировали, что здесь можно снять комнату. Вы не имеете права прогонять людей с порога без каких бы то ни было объяснений.

– Ради всего святого…– начала Изабел.

– Вы хотите услышать объяснения? – дрожащим голосом проговорила Оливия.

– Мамочка, не утруждай себя. Просто…

– Вам нужны объяснения, да? – Миссис Хэвилл набрала в грудь воздуха.– Ну, с чего начнем? Может, со свадьбы моей дочери? Той самой, которая была назначена на завтра?

– Ах, так у вас в семье свадьба? – смутилась женщина.– Это меняет дело.

– Или начать с ее первого замужества? – будто ничего не слыша, продолжала Оливия.– Десятилетней давности? Со свадьбы, о которой мы даже не знали? – Ее голос начал набирать угрожающую высоту.– А может, начать с того, что мы вынуждены отменить торжество и все наши родственники и друзья за глаза смеются над нами?

– Поверьте, я не…– еще больше растерялась женщина.

– Нет, ничего, входите! – Оливия настежь распахнула дверь.– Мы найдем вам комнату. Разместим вас где-нибудь между кучей подарков, ждущих отсылки обратно, и коробками со свадебным тортом, которым нам надо давиться! Втиснем куда-нибудь между нарядами, которых никто не увидит, и великолепным свадебным платьем…

– Пойдем, Розмари,– сконфуженно произнес мужчина и потянул жену за рукав.– Простите, что побеспокоили,– обратился он к Изабел.– Я всегда говорил, надо было ехать в Челтнем.

Когда супружеская пара удалилась, Изабел повернулась к матери. Оливия стояла, вцепившись в дверь, по ее лицу текли слезы.

– Мама, я вполне серьезно считаю, что тебе пора отдохнуть. Не включай телефон. Посмотри телевизор или поспи немного.

– Не могу,– помотала головой Оливия.– Надо закончить со звонками.

– Ерунда,– отрезала Изабел.– Все, с кем я разговаривала, уже в курсе. Молва разносится быстро, сама знаешь. Тем, кого надо было известить в первую очередь, мы уже позвонили. Остальные подождут.

– Ну…– замялась Оливия.– Я и вправду чуть-чуть подустала. Пожалуй, пойду прилягу.– Она закрыла входную дверь и взглянула на дочь.– А ты не собираешься отдохнуть?

– Нет.– Изабел сняла с вешалки пальто.– Мне надо выйти. Пойду проведаю Милли.

– Хорошая мысль. Она тебе обрадуется.– Помолчав, миссис Хэвилл добавила: – Обязательно…

– Что?

– Обязательно передай ей, что я ее люблю.– Оливия опустила взгляд.– Больше ничего, только то, что я ее люблю.

В гостиной Эсме было тепло и уютно, комната напоминала собой тихую гавань изысканной утонченности. Усевшись на элегантный диван пастельной расцветки, Изабел с удовольствием огляделась по сторонам, восхищаясь изящными безделушками: набором серебряных шкатулочек, небрежно расставленных на столике для закусок, блюдом из древесины яблони, заполненным гладкой морской галькой.

– Ну что,– осторожно спросила сидевшая напротив нее Милли,– мама по-прежнему в ярости?

– Да нет,– пожала плечами Изабел.– Ходит, как лунатик.

– Во всей видимости, это и означает, что она в ярости.

– Говорю же тебе, нет. Она просила передать, что любит тебя.

– Правда?

Милли забралась на кресло с ногами и пригубила кофе. Ее волосы были кое-как убраны в конский хвост, а из-под джинсов виднелись старенькие лыжные гольфы.

– Твой кофе! – Эсме принесла Изабел чашку.– Боюсь, мне придется украсть у тебя сестренку. Мы хотим пообедать.

– Отличная идея. Куда пойдете?

– В одно тихое местечко.– Эсме улыбнулась обеим девушкам.– Через десять минут, Милли.

– Хорошо,– кивнула та.

– Ну, как ты? – спросила Изабел, когда дверь за Эсме закрылась.

– Не знаю,– медленно проговорила Милли.– Иногда я чувствую себя нормально, а иногда хочется разреветься. Все думаю: что же теперь делать, что делать?..– Она закрыла глаза.– Не представляю, как мне пережить завтрашний день.

– Напейся.

– Это у меня в планах на сегодня.– По лицу Милли промелькнула улыбка.– Хочешь присоединиться?

– Может быть.– Изабел сделала глоток кофе.– Саймон не звонил?

Лицо Милли окаменело.

– Нет.

– Между вами действительно все кончено?

– Да.

– Не могу поверить,– покачала головой Изабел.– Только из-за того, что…

– Поскольку я солгала ему один раз,– с едким сарказмом сказала Милли,– из этого следует, что я – патологическая обманщица. Больше ни одному моему слову верить нельзя.

– Сволочь. Пожалуй, даже хорошо, что вы расстались.

– Знаю.– Милли взглянула на сестру и растянула губы в улыбке человека, превозмогающего боль.– Это и вправду к лучшему.