– Отставить мат. Мы не знаем, что может произойти в аэропорту. Местность давно зачищена, но кругом много остаточных банд, сплошная зачистка все-таки не производилась. В районе Киева мы сменим эскорт. Восемь машин, в том числе четыре – с бомбовой нагрузкой, и тактический разведчик. Они пойдут перед вами, в случае опасности ликвидируют обнаруженные угрозы. Порядок приземления такой – сначала разведка, только потом посадка. При малейшем риске уходите на Киев, сядете в Борисполе, погода позволяет. Мы поднимаем заправщик с Прилук, при необходимости дозаправитесь от него.

Заместитель командира базы, начальник сектора безопасности полетов, полковник от авиации Чернышев еще раз осмотрел экипаж. Ему не нравилось то, что он видел. Какой-то виноватый – глаза в пол – Тертышных и командир корабля Волынцев Андрюха словно контуженный сидит. Андрюху он знал давно – служили вместе еще на истребителях.

Раздумья начальника сектора прервала открывшаяся дверь – в комнату инструктажа один за другим вошли офицеры Императорского конвоя. Чернышев знал их всех – полковник Дейнеко, майор Волков, майор Хуснутдинов. Начальника дворцовой полиции не было. Значит, Дейнеко сегодня дежурный офицер, Хуснутдинов скорее всего возглавляет Группу обеспечения безопасности – хорошо вооруженный «дальний круг» охраны, в обязанности которого входит силовое прикрытие «ближнего круга» – Императора, его свиты если таковая путешествует с Императором, и личной охраны. Личная охрана вооружена пистолетами, а работать предпочитает и вовсе руками. Основная задача «ближнего круга» – в случае чего прикрыть Высочайшую особу своим телом от пуль. А вот задача «дальнего круга» – уже предотвратить, а если не получилось предотвратить, отбить нападение.

– Стучать надо, – мрачно произнес Чернышов, – не к себе на кухню входите, господа гвардейцы.

Полковник устало махнул рукой, плюхнулся на стул рядом с сидевшими плотной группой летчиками:

– Генерал Бойцов и комендант дворца пытались отговорить Его от полета. Бесполезно. Летим. Волков, доложи.

Майор Волков вышел вперед, встал рядом с Чернышовым:

– Господа, основные угрозы. Первая, маловероятная, но мы не может ее не учитывать – огонь с земли. Как из стрелкового оружия, так и из ЗПУ [21]. Мы обработали спутниковые снимки, на основе их сформировали пакет возможных целей для штурмовиков. Они пойдут плюс двадцать от вас, при обнаружении целей отработают ПРР-ками и управляемым вооружением. Потом развернутся и станут прикрывать вас. Плюс десять – пройдет разведчик, снимет результаты. Если хоть одна тварь там уцелеет, мы своей властью запрещаем посадку, уходим на запасной, в Борисполь. Там садимся.

Ничего себе рокош – с системами ПВО. Интересные нынче пошли рокоши.

– Там есть ЗРК?

– По данным, полученным со спутниковых изображений, нет. Мы засекли и расшифровали несколько возможных замаскированных позиций, где могут быть ЗУ-23-2. Принадлежность трех из них не установлена. Машины старые, без радиолокационных прицелов, используются для работы в городе.

Полковник Чернышов помрачнел. Козел сухопутный, сам хоть раз бы попал под «золушку» – так называли ЗУ-23-2 – совсем по-другому бы говорил.

– Это не шутки. У вас есть карта с обозначенными позициями левых ЗУ?

– Так точно, господин полковник, есть.

Чернышов ловко перебросил пакет Бортникову, тот с лета поймал.

– Изменить план полета. Подход на максимальной высоте, снижение в секторе аэродрома, в контролируемой зоне. Зоны работы ЗУ обойти. Проверю лично.

– Есть!

– У панов могут быть боевые самолеты?

– Никак нет, – уверенно ответил Волков, – не могут. Мы знаем местоположение каждого самолета, все аэродромы перед Варшавой под нашим контролем, по остальным нанесены удары. Ни один боевой самолет не поднимется в воздух.

– А если соседи помогли?

– Тогда бы это было на снимках. Нет, господин полковник, не могут.

– Телефонируйте в Киев, пусть в состав эскорта включат две машины с ПРР и самолет РЭБ [22].

Ни у кого действия полковника Чернышова не вызвали недоумения – безопасность была превыше всего, и рисковать ВВС-1 никто не хотел даже в малом.

– У меня будет тридцать шесть человек, – вступил в разговор Хуснутдинов, – со снаряжением. Потребуется больше места.

Борт ВВС-1 и в самом деле был тесноват, но обладал другими достоинствами. В отличие от гражданских бортов, стратегический бомбардировщик изначально делается с большим запасом прочности по планеру, по двигателям, он способен дозаправляться в воздухе, летать на предельно малых с огибанием местности. Не последнюю роль в выборе самолета для перевозки первых лиц играло и то, что когда-то давно Его Величество был командиром экипажа такого же самолета. Кстати, борт ВВС-1 был сделан не на базе дальнего бомбардировщика, как многие полагают, а на базе самолета ДРЛО – дальнего радиолокационного обзора.

– Увы, сударь, места, сколько есть – столько и есть, – сказал Бортников, что-то чертя в папке, где были полетные планы. – Придется вам потесниться…

На выходе из комнаты инструктажа Чернышов поймал Волынцева за рукав, придержал.

– Андрюха… – произнес он, – что-то мне твой мордолитет не нравится.

– Какой есть… – невесело усмехнулся полковник.

– Не… так дело не пойдет. Завтра с дежурства сменимся – приходи, поедем рыбалить. Я блесны новые сделал, опробуем.