Ещё вздох.

В каждой руке пистолет, курки взведены, достаточно только нажать.

Вздох.

У меня будет только один шанс, а убить надо двоих. Подстраиваюсь под ритм сердца.

Удар, открываю ногой дверь. Кувырок вперёд, пули летят над головой. Встаю. Выстрелы звучат одновременно. Я хороший стрелок. Оба получают пулю в лоб. Уклонение, перекат и снова встаю. Вдруг я просчиталась и есть ещё враги. Нет,... тишина. Толпа едва колыхнулась.

– Стоять!
– злобно крикнула я - Кто двинется, убью.

Подействовало. Стоят. Нельзя их выпускать в фойе, там мины.

– Телефончик не одолжите?
– спокойно спросила я ближайшего мужчину.

Он дрожащей рукой протянул мне телефон. Прячу один пистолет, дулом второго сдерживаю толпу от желания бежать.

– Ден, остался один в фойе, он оглушён. Быстро пришли людей. Надо эвакуировать народ.

Не прошло и пары минут, как в зал ворвался спецназ. Я опустила пистолет и вернула обалдевшему от происходящего мужчине, мобильник.

– Извините - сказала я толпе - Там мины - махнула я рукой в сторону выхода.

Поймав за рукав одного из спецназовцев, я сказала, что Нику требуется помощь и объяснила, где его найти. Он кивнул и, прихватив медиков, направился в сторону подвала. Мне на плечи легло одеяло. Я оглянулась, рядом стоял Ден. Его взгляд был вымучено страдальческим. Мои остатки злости нашли цель.

– Что? ...Я делала свою работу, а ты всё за ребёнка переживаешь.

– Глупая ты - сказал он, обнимая меня - Я за вас обоих переживаю, потому что обоих вас люблю.

Вот и дождалась момента, когда разверзлись небеса и Господь явил чудо. Ден признался мне в любви.

– И давно?
– уткнувшись ему в подмышку носом просопела я.

– С того дня, как тебя увидел - ответил он, правильно поняв мой вопрос.

Лязгнули носилки, я обернулась. Ника несли по коридору. Я подскочила к медикам.

– Как он?
– спросили мы одновременно с Деном.

– Обе ноги сломаны, но состояние стабильное - заверил нас медик.

Ник снял маску с лица и улыбнулся.

– Привет, братишка - сказал он Дену, и уже обращаясь ко мне добавил - Извини, не думал что так вечер закончиться.

– Я пришлю Юлиану, пусть тебя соберёт - сказал Ден.

Ника увезли. Я удивлённо глянула на Дена.

– Братишка?
– переспросила я.

– Это Николем, мой средний брат - пояснил он.

Стоит ли удивляться ...и чему? Тому, что раньше не догадалась? Но внешне они даже не похожи. Фамилии разные, и как я уже знала, придуманные. Все дети Варена, конспирируются, не желая мелькать настоящей фамилией. Ни один из них, ни разу не дал мне понять, что они братья. А Ник даже дурил мне голову, что ничего не знает о демонах... вот лиса. Заставил меня перед ним распинаться, а сам под шумок вытягивал всё обо мне. Знаю я, в чём его сила. В очаровании и хитрости. Его счастье, что он сейчас раненый, я бы ему сейчас такую оплеуху дала,... там бы и оказался, где сейчас находиться.

– Не сердись на него - сказал Ден, снова обнимая меня.

Решившись, раз сократить расстояние между нами, он не спешил делать шаг назад, ведь я его не гнала. Видимо страх за меня, наконец, снял его с тормозов. Когда боишься потерять дорогого тебе человека, правила не важны. Удивительно, но таким, какой он был сейчас, он мне нравился больше. Злость ушла, осталась усталость и голод. Запах крови, как запах самых вкусных блюд, уже давно дразнил меня.

– Хочу, есть - голосом капризного ребёнка сказал я.

– Поехали ко мне?
– осторожно предложил он.

Я кивнула. Мне хотелось не только есть,... а вечер ещё не закончился.

***

После всех перипетий вечера, на мне осталось целым только бельё. Платье, туфли и колготки всё пошло в мусорник. Сбрую с оставшимся оружием я отдала ещё возле театра, и сейчас смотрела на себя в зеркало в ванной Дена. Смотрящая на меня с той стороны замарашка, вызывала только сострадание. Пыльная, вся в крови, с растрепанными волосами и размазанной косметикой, но в кружевном белье и дорогих украшениях. Даже не скажу на кого я была похожа. И вот этому чучелу, Ден признался в любви? Неужели он не мог выбрать момента лучше? Скажем, когда в красивом платье, вся такая из себя. Томно поднимаю взгляд и, хлопая ресницами, переживаю счастье от подобной новости, а потом грациозно склоняю голову набок, так что бы он видел мою тонкую и нежную шею. И весь момент пропитан лирикой и музыкой души. Я всё равно не скажу: Да, но и не скажу Нет. А он, томимый ожиданием, будет, стоят и ждать....

Мдя.... Вместо этого, бряцанье оружия. Мешки с трупами. Запах крови и гари. Я похожа на чучело, и нет томности момента, а вместо музыки вой полицейских сирен.

Ладно, видимо судьба моя такая. Я сбросила бельё и шагнула под душ. Тёплая вода смывала грязь и усталость. Если и были на моём теле порезы и ссадины, то они уже зажили. Регенерация, доставшаяся мне, поражала. После душа я легла в ванну. Мне просто хотелось полежать в воде. Я была на странном перепутье, и не знала куда дальше двигаться. Ещё утром я думала, что у меня есть мужчина, с которым мне необычайно хорошо и комфортно, а уже вечером, я не хотела его видеть. Я даже не знаю, на что я больше злилась, на то, что Ник меня обманывал, или на то, что позволила себя обмануть. И хотя, мы не давали друг другу ни каких обещаний, и не были связаны ни какими обязательствами, ситуацию это не меняло. Он знал, кто я и врал мне, пусть и по мелочам. Он, конечно, станет оправдываться, мол, всё для того, что бы ты чувствовала себя счастливой. Да, я чувствовала себя счастливой, а сейчас это счастье у меня украли и я глубоко несчастна. Это как дать ребёнку конфету, позволить ему развернуть её и... забрать. Изощрённая жестокость. Нет, я не думаю, что Ник делал это намерено, вернее делал, но не стремился к такому конечному результату. Словно ребенок, разбивающий хрустальный шар, что бы достать от туда снежинки, и не думающий, что разбитую игрушку назад не соберёшь. Он просто не думал о том, чем всё это кончиться. Что это? Его эгоизм или простая недальновидность? Трудно сказать. Думая о нём, только сейчас я понимаю, что совершенно не знаю его.