В самой глубине известного московского района Кузьминки прятался ничем не примечательный девятиэтажный дом. Не то, чтобы старый, но и новым его назвать сложно. Так - средней паршивости, однако крепкий и без дырок в стенах, которыми так славятся новостройки. Балконы у дома тоже никогда не отваливались и на голову благопристойным жильцам не падали.

Именно в этом доме жила всеми уважаемая Зоя Валентиновна. Всегда аккуратная, будто образец светлой мудрой старости, женщина в возрасте пользовалась непререкаемым авторитетом у соседей. Двумя тремя грамотно построенными предложениями она могла убедить кого угодно в чем угодно. Впрочем, часто ей не требовалось открывать рот. Одно ее появление прекращало любые конфликты, заставляло хулиганов устыдиться своего поведения и успокаивало обиженных.

Зоя Валентиновна по старой привычке вышла на балкон с чашкой горячего какао, устроилась в кресле качалке и принялась неспешно осматривать доступную ее взору часть владений. Сквозь зеленые ветви березы, растущей у дома и так удачно затеняющей балкон и окна от послеполуденной жары, просматривался кусок двора с детской площадкой и небольшой аллеей, где владельцы четвероногих питомцев выгуливали их и бутылки с пивом. Картина вселяла в Зою Валентиновну умиротворение.

Неторопливо покачиваясь женщина достала из кармана простенький телефон и набрала по памяти номер.

– Слушаю, - всего одно слово произнесла старуха.

– Книга еще не найдена, - ответ прозвучал зло.

Зоя Валентиновна улыбнулась. Золото недобро блеснуло между сухими ниточками губ.

– Ты плохо поняла, что я сказала в прошлый раз?
– Зоя Валентиновна закрыла глаза. На только что ясном небе появились серые клочковатые облака.

– Я все поняла, - голос на другом конце провода дрогнул.

– Я помню. Я ожидала известий гораздо раньше. Ты ведь никогда не подводила меня?
– заставляющий сомневаться вопрос.

– Нет.

– Замечательно. Я спокойна. Удвой усилия, - распорядилась Зоя Валентиновна и нажала кнопку "отбой" не дожидаясь ответа. Он ей совершенно не нужен, ибо ее приказы выполняются всегда, в точности и без возражений. Мурлыкая себе под нос "Главней всего погода в доме", старуха оставалась на балконе до начала грозы. Только с первым громом и ветвистой молнией, надвое разрезавшей московское небо, женщина поднялась с кресла, плотно закрыла лоджию и вернулась в квартиру.

– Так-то лучше, - она улыбнулась.
– Гораздо лучше!
– и ведьма неприятно скрипуче расхохоталась.

После верней грозы, плавно перешедшей в ливень, воздух в большой газовой камере, именуемой столицей нашей родины, несколько посвежел. Утренние городские пташки звонко чмокали мокрыми каблуками асфальт, задавая мелодию дня, им в такт ворчала метла дворника, и заливисто лаяли собаки, обсуждая нравы своих хозяев.

Я проснулась точно по звонку будильника. Точнее, встала, ибо нормально поспать мне ночью не удалось. Сперва ангел шмыгнул в кровать, мотивируя тем, что он грозы боится. Только я крылатого вытолкнула, как с другого бока завоняло серой и немытыми копытами. Хорошо догадалась разделочный нож под подушку положить. Применять не пришлось, но угроза сделать из одного черта несколько суповых наборов с ножом в руке звучит гораздо убедительнее. Стоило глаза смежить, как у домового жажда бурной деятельности проснулась. С часу до двух но посудой на кухне громыхал, до трех шваброй по полу возил, жалуясь на везде разбросанные черные жесткие кудрявые волосы, до четырех с чертом выяснял подвержены ли жители Ада сезонной линьке или это преждевременное облысение, а потом жаловался фамилиару на то, что у него бессонница. Благодаря его стараниями бессонница началась у всех жильцов нашей коммунальной квартиры! Завтрак не спас ситуацию...

– Что это?!
– черт отодвинул от себя тарелку с дымящимся светло-коричневым варевом.

– Овсянка, сэррр, - чопорно произнес расхаживающий по столу домовой и шлепнул в тарелку рогатого кусок сливочного масла.

– А мясо в меню предусмотрено?
– ангел тоже не испытывал особого восторга от предложенной каши.

– Если только курятина!
– хихикнув, черт выдернул перо из крыльев ангела.
– Но ее еще ощипать надо!

– Сам ты... кабан!
– после запинки нашелся небесный житель.
– Производитель, - буркнул и угрюмо уткнулся в тарелку.

Я выпила кофе, выселила рыба из ванной, приняла душ, во время которого стук в дверь и угрозы все, что необходимо проделать непосредственно в ванну на кухне, не прекращались, но я стойко выдержала натиск и вышла уже при полном параде, если таковым можно считать безразмерный махровый халат и тюрбан из полотенца на голове. Перед тем, как переодеться в "пожарные" не мнущиеся брюки и такую же футболку, я строго настрого запретила зверинцу совать нос в комнату. Непослушание каралось лишением стола и крова.

Они приняли мои слова всерьез? Конечно нет. Черт так точно, но пасущийся о моей душе ангел (вернее, имеющие на оную определенные виды) дернул искусителя за хвост и оттащил обратно на кухню, по пути перевернув кастрюлю с фамилиаром. Пять минут все занимались спасением жизни несчастного рыба, ибо тот обладал настолько громким голосом, что мог сделать несчастными и глухими всех остальных. Воспользовавшись суматохой, я улизнула из дома. Кому надо - найдут, ну а остальные перебьются!