Ну вот, демон впился крепкими зубами в ролл, осталось наведаться в полицию, возможно, они успели что-либо раскопать. Маловероятно, если Антония решила обратиться к нему за помощью, но чего только в жизни не случается! Да и поговорку "дуракам везет" нельзя сбрасывать со счетов.

За странным посетителем "Макдональдс" с удивлением наблюдали остальные посетители. Сперва они решили, что не один будет расправляться с аппетитной горой холестерина, но увидев, как методично мужчина работает будто стальными челюстями, изменили свое мнение и даже заключи между собой пари сколько он сможет съесть и стоит ли уже сейчас вызвать скорую...

Выиграл один. Парнишка до последнего верил в натуральные ингредиенты, свежее мясо и неоспоримую пользу продуктов фаст-фуда для организма и времени, поэтому не пожалел сотню на победу единомышленника. Выиграл тысячу, ибо остальные были не столь благосклонны к свободным идеалам полосатых носков и золотых уголков.

Демон наелся. Он встал, убрал за собой поднос, уступил дорогу тощим неофитам из Подмосковья, испуганно бродящим по необъятным просторах фуд-корта с целью приобщиться к не только прекрасному, но и калорийному. Выйдя на улицу Альфарел прикинул расстояние до конечной точки, улыбнулся своим мыслям и решил пройтись пешком. Негоже являться в гости на полный желудок. Вдруг его ужинать позовут?

Через пятнадцать минут я поняла, что сидеть в комнате и реветь в подушку занятие малоперспективное, хоть и полезное. Пора выходить из убежища, тем более уже два раза тактично приглашали присоединиться к чаепитию и один раз грозили вытащить и влить в рот целый пузырек валерианки. Чай для меня был предпочтительнее.

Я вытерла чистым полотенцем лицо, причесалась пятерней и выбралась в люди, если таковыми считать всех существ, расположившихся на моей скромной жилплощади. Вышла я молча и молча села на стул. Семион чинно пододвинул мне чашку, тарелку с пирожными и салфетку. Я приняла это, как должное.

За столом сохранялось молчание. Оборотень, прикрывший бедра моим полотенцем из ванной, усиленно дул на чай. Глаз он не поднимал и вообще всеми силами старался слиться с интерьером кухни. Ну, по крайней мере цветом волос и оттенком кожи он прекрасно вписывается в общую рыже-бежевую гамму: мужчина был загорелым до цвета сильно разбавленного виски, а его короткие рваные пряди наводили на мысль о недавно высушенном сене с ароматом грешного лета.

Если бы я не видела инкуба у себя под дверью, не встретила синеглазого демона в метро, не спровадила большого клыкастого босса, то точно размурлыкалась бы мартовской кошкой у ног этого божества, но увы, он оказался всего лишь четвертым. Да и вторжение незнакомца в мою квартиру, пусть и такого красивого, пробуждало отнюдь не сексуальное желание, а банальные собственнические инстинкты - я бы с огромным удовольствием выселила данный эталон мужского обличия на улицу, чтобы на кухне иметь немного больше пространства и кислорода. Не позволяло накинуться на чудо природы с печальными глазами воспитание - мне не все равно, что обо мне подумают соседи, когда увидят великовозрастного пупса, смущенно убегающего из моей квартиры в одном полотенце!

– Так я это...
– нарушила молчание Елена.
– Пришла, чтобы предупредить тебя. Она откашлялась.

– О чем?
– мне начало разговора сразу не понравилось. Уж больно похоронный вид у куратора, а если учесть то, к кому она обращалась - хоронить будут меня!

– Уезжать тебе надо из Москвы, - выдала еще порцию информации куратор.
– И побыстрее.

Ангел с чертом навострили уши. Семион насторожился. Форель согласно кивнул. Оборотню было все равно. Температура его чая, наверное, опустилась ниже ноля, но он продолжал безучастно к разговору остужать его.

– Почему?
– правильнее было спросить когда, но я в принципе никуда уезжать не планировала. Какие бы причины не стояли за неожиданным предупреждением куратора с ними можно справится. Ведь можно?

На кухне запахло жареным.

Семион всплеснул руками и бросился к плите, где подгорала курица. О, я даже не заметила, что нас собираются кормить ужином. Впрочем, аппетита нет. Пожалуй, откажусь от своей порции в пользу голодающих оборотней. Он поди несколько дней не ел.

– Видишь ли, мне не хотелось бы говорить при них, - косой взгляд на библейских персонажей.

Те сразу заявили, что никуда не уйдут. Я вежливо попросила освободить помещение. Черт пообещал сделать это только через труп ангела. Крылатый заявил протест по поводу своей преждевременной смерти. Рогатый пожал плечами и отошел за спину, морща пятачок от летящего пуха - крылатый линял на зиму.

Дормидонт поступил проще: он изящно послал всех... на выход. У него голова болела от передозировки H2C2OH в организме, а тут мы расшумелись. Куратор начала магичить с помощью стола и соли, обещая незабываемое зрелище вылетающих не прошенных гостей из дома. Я разрешила. Главное, чтобы дверь осталась на месте. И окна.

– Отче наш, иже еси на небеси...
– весело продекламировал рогатый.

– Не смей богохульствовать!
– взорвался небесный житель, развернулся и впечатал внушительный кулак в розовый нахальный пятачок своего антипода.

Рыб залег на дно. Семион схватил крышку и прикрылся ей на манер щита. Прекрасная попросила еще минуту не отвлекать ее дракой. Оборотень смял в руке чашку. Он встал, стряхнул осколки, подошел к дерущимся, схватил их за загривки и без разговоров выставил суетную парочку в коридор, а ведьма им вслед кинула горсть соли, перемешанной с перцем.