— Вы слышали приказ? — гневно спросил Клейтус. — Убейте их!

Мертвые солдаты стояли, натянув луки и подняв мечи, но не пытались напасть. Их призраки; едва видные, похожие на тающие клочья тумана, колыхались, словно под порывами жаркого ветра. Альфреду даже показалось на мгновение, что он слышит их шепот, ощущает его, словно прикосновение ветра.

— Они не станут подчиняться тебе, — проговорил лазар. — Это священное место. Зло обернется против чинящего зло.

— …чинящего зло… — прошептало эхо. Клейтус обернулся. Глаза его сузились, он сдвинул черные брови. Понс задохнулся от ужаса при виде женщины и отшатнулся, пытаясь спрятаться за спины мертвых.

— Откуда ты знаешь, что думают мертвые? — спросил король, пристально глядя на лазара.

Руны, лихорадочно твердил про себя Альфред, пытаясь представить себе нужные знаки. Да, все верно. Рунная вязь на дверях загорелась неярким голубым огнем.

— Я могу говорить с ними. Я понимаю их мысли, их чувства и желания.

— Ха! Мертвые не думают! Они не чувствуют! Им нечего желать!

— Ты не прав, — проговорил лазар тем мертвенным голосом, от которого Понса снова прошиб пот. — Мертвые хотят одного: свободы. Мы получим свободу, когда наши угнетатели будут мертвы.

— …угнетатели будут мертвы…

— Видишь, Понс, — с недоброй улыбкой проговорил Клейтус, пытаясь говорить небрежно, хотя ему приходилось прикладывать огромные усилия, чтобы сдержать дрожь в голосе. — Она стала лазаром. Вот что происходит, когда мертвых воскрешают слишком рано. Теперь ты понимаешь, сколь мудры были наши предки, учившие, что тело должно оставить в покое до той поры, пока дух полностью не покинет его. Мы поэкспериментируем с ее кадавром. Книги говорят, что в подобных случаях тело нужно снова «убить». Хотя мы не вполне уверены… — Король помолчал, потом пожал плечами. — Но у нас еще будет время разобраться в этом вопросе. Стража, взять ее.

На синеватых губах лазара заиграла страшная улыбка, и Джера запела. Призраки, витавшие подле своих кадавров, внезапно исчезли. Мертвые глаза ожили. Мертвые руки потянулись за оружием, вскинули клинки — но не против лазара. Мертвые глаза смотрели на Клейтуса и его Лорда Канцлера — мертвые глаза обратились к живым.

Понс вцепился в черные одеяния короля:

— Ваше Величество! Это проклятая комната! Уйдем отсюда! Закройте ее! Замуруйте! Пусть они все останутся запертыми внутри! Пожалуйста, государь!

Руны Альфреда сияли ярким светом; дверь начала приоткрываться. Наконец! Он хоть что-то сделал правильно!

— Эпло…

Краем глаза заметив какое-то движение, Альфред обернулся.

Клейтус выхватил лук у одного из стражей.

Нападавший поднял лук; стрела была нацелена в сердце Альфреду. Лицо лучника было искажено страхом и гневом, родившимся из страха. Альфред не мог пошевелиться. Он не смог бы сейчас поставить магическую защиту, даже если бы и хотел.

— Не причиняйте зла!

Человек натянул тетиву. Альфред стоял неподвижно, готовясь встретить смерть. Не героически, печально признал он, а скорее глупо.

Сильная рука схватила Альфреда за плечо, рванула — он падал…

Пурпурное сияние наполнило комнату — ослепительное, ослепляющее, выжигающее мозг. Альфред упал на пол и пытался теперь подняться на четвереньки, чувствуя, как кто-то спотыкается о него, наталкивается на него, ощущая тепло живого тела — тела пса, прижавшегося к нему. Кто-то схватил его за ворот, рывком поднял на ноги.

— Теперь мы квиты, сартан! — прокричал ему на ухо резкий голос. Та же рука швырнула его вперед, в дверной проем. Судя по звуку, дверь снова закрылась.

— Беги, разрази тебя гром!

Альфред рванулся вперед. Он бежал сквозь огонь и дым. Вокруг него все пылало, охваченное пламенем: принц Эдмунд, Джонатан, Эпло, пес, каменные стены и пол, двери — все горело, горело…

Эпло прыгнул в дверной проем, увлекая за собой Альфреда. Сартан с трудом протиснулся между стеной и каменной дверью, но в тот же миг его сердце больно сжалось. Позади он оставлял что-то чудесное, бесценное, что-то…

— …только когда живые умрут! — кричал лазар. Альфред взглянул сквозь пламя. Сталь вспыхнула кроваво-красным в мертвой руке герцогини. Кинжал глубоко вонзился в грудь Клейтуса.

Его гневный рык перешел в стон боли. Лазар вырвал окровавленный клинок из раны и ударил снова.

Клейтус взвыл в агонии и вцепился в Джеру, пытаясь вырвать у нее кинжал. Она снова ударила; теперь к ней присоединились мертвые стражи. Король упал, исчез в вихре стали и взлетающих мертвых рук.

Эпло рванул Альфреда за руку так, что едва не вырвал ее из сустава. Сартан с размаху врезался в патрина, успев еще уловить отчаянный вопль агонизирующего человека — Лорда Канцлера.