Шрифт:
— Ну и ладно, — наклонившись над телом, она снова начала говорить руны, прибавив к этому:
— Поднимайся, будь ты проклят!
Тело не шевельнулось.
Лицо женщины пошло багровыми пятнами. Она пнула тело:
— Поднимайся! Дерись! Выполняй приказание!
— Остановитесь! — гневно воскликнул Альфред, с трудом поднимаясь на ноги.
— Остановитесь! Дайте ему покой!
— Что ты сделал? — Некромант обернулась к Альфреду. — Что ты с ним сделал? Что ты сделал?
Альфред растерялся. Он споткнулся о ноги Эпло — патрин дернулся и застонал.
— Я… я не знаю! — возмущенно и растерянно проговорил он, наткнувшись на повозку. Некромант наступала.
— Что ты сделал? — спросила она. Ее голос срывался на пронзительный визг.
— Пророчество! — вскрикнула Джера, схватив мужа за руку. — Пророчество!
Услышав это, женщина-некромант остановилась. Она посмотрела на Альфреда, сощурив глаза, потом метнула взгляд на канцлера, ожидая его распоряжений. Однако же канцлер выглядел не менее ошеломленным.
— Почему он не поднимается? — спросил он потрясение, не отрывая взгляда от тела.
Некромант закусила губу и покачала головой. Она отошла в сторону вместе с канцлером и приглушенным голосом принялась обсуждать происшедшее.
Джера немедленно воспользовалась этим и поспешила к Эпло. Но взгляд ее внимательных зеленых глаз был прикован к Альфреду.
— Я… я не знаю! — отвечал он, не менее растерянный, чем все остальные.
— Правда, я не знаю. Это все случилось так быстро… и… я был в ужасе! Этот меч… — Он содрогнулся. — Как видите, я не слишком отважен. По большей части я просто… я падаю в обморок. Вот его спросите.
Дрожащим пальцем он указал на Эдмунда:
— Когда его дозорные схватили нас, я просто потерял сознание! Я и в этот раз сделал бы то же, но не позволил себе этого. Когда я увидел меч… я сказал первое, что пришло мне в голову! Я даже ради спасения жизни не мог бы вспомнить, что это было!
— Ради спасения жизни! — Некромант обернулась к Альфреду и пристально посмотрела на него из-под черного капюшона. — Нет! Но после смерти ты быстро вспомнишь это. Видишь ли, мертвые никогда не лгут и ничего не скрывают!
— Я говорю вам правду, — слабым голосом проговорил Альфред, — и сомневаюсь в том, чтобы мое мертвое тело могло к этому что-либо прибавить.
Эпло снова застонал, словно бы в ответ на слова Альфреда.
— Как он? — спросил Джонатан свою жену. Рука Джеры скользнула по рунам на коже Эпло:
— Мне кажется, с ним все будет в порядке. Похоже, руны смягчили удар. Сердце его бьется сильно и ровно, и…
Внезапно Эпло сильно сжал ее руку.
— Никогда больше не касайся меня! — хрипло прошептал он.
Джера покраснела и закусила губу.
— Мне очень жаль. Я не хотела… — Она вздрогнула и попыталась отнять руку. — Вы делаете мне больно…
Эпло оттолкнул женщину и поднялся на ноги, хотя ему пришлось для этого опереться на стенку экипажа. Джонатан поспешил к жене.
— Как вы смеете обращаться с ней подобным образом? — возмущенно проговорил герцог, обращаясь к Эпло. — Она только пыталась помочь…
— Не надо, дорогой, — прервала его Джера. — Я заслужила этот упрек. Я не имела права. Прошу простить меня, сэр.
Эпло хмыкнул и что-то пробормотал, принимая извинения. Он явно не слишком хорошо себя чувствовал, но в то же время понимал, что у него нет времени на слабость: опасность не уменьшилась.
Пожалуй, подумал Альфред, она даже возросла.
Канцлер отдавал своему войску новые приказания. Солдаты окружили принца и его спутников.
— Во имя Лабиринта, что ты сделал? — прошипел Эпло, пододвигаясь ближе к Альфреду.
— Он исполнил Пророчество! — приглушенным голосом ответила Джера.
— Пророчество? — Эпло переводил взгляд с герцогини на сартана. — Какое пророчество?
Но Джера только покачала головой и отвернулась, потирая руку. Ее супруг обнял ее, словно бы намеревался защитить.
— Какое пророчество? — Эпло с видом обвинителя обернулся к Альфреду:
— Что, разрази тебя гром, ты сделал с этим трупом?
— Я убил его, — ответил Альфред и прибавил, словно бы оправдываясь:
— Он собирался убить тебя…
— И ты спас мне жизнь, убив мертвеца. Это понятно. Только ты ведь…
Эпло умолк, посмотрел на тело — на Альфреда…
— Ты сказал, что «убил» его.