– Знаю. Я видел вашу кровавую работу на «Непокорном». Но одно дело убить в бою, когда вы сражаетесь за свою жизнь, когда вам страшно. А меня вы должны убить с холодным сердцем. Вы должны увидеть, как я умираю.

– Еще одно испытание? – закричал Дайен, теряя контроль над собой. Слезы гнева застилали ему глаза. – Еще одно из ваших проклятых испытаний! И что мне сделать, чтобы его пройти? Убить вас? Не так ли? Я вынужден убить вас, потому что иначе вы решите, что я слабый, бесхребетный, не способный даже муравейником управлять!

Он поднял оружие, прицелившись в горло, единственное место, не защищенное панцирем и шлемом. Он почти не видел из-за слез. Саган превратился для него в пятно золотого и кроваво-красного цвета.

– Да упокоит вас ваш Бог, Дерек Саган! Потому что это испытание я пройду!

Дайен вызвал в себе силу Королевской крови. Электричество вырывалось из его тела, металось по его нервам. Энергия переполняла его, наполняла оружие.

Голова его была ясной. Он тщательно прицелился и выстрелил.

– Это моя ошибка, – сказала Мейгри, глядя на тело адонианца, медленно раскачивающееся на серебряной цепи. – Целиком моя...

– Миледи! Нам надо выбираться отсюда! – зашептал Маркус.

– Слишком поздно. Мы в ловушке.

Она тряхнула головой, пытаясь отогнать оцепенение.

– И я не собираюсь выбираться отсюда без того, за чем пришла.

Вынув меч из руки, она схватилась за нижнюю ветку дерева, на котором висел Снага Оме, и стала подтягиваться. Маркус, угадавший ее намерение, удержал ее.

– Прошу прощения, ваша светлость, но позвольте мне.

Мейгри посмотрела на труп, на звездный камень, болтающийся возле левого уха. В животе у нее все перевернулось, руки ослабли. Она была благодарна за предложение Маркуса и испытала искушение принять его. Но тут же взяла себя в руки, кляня за слабость.

– Это мое дело, центурион. Кроме того, вы не сможете пользоваться гемомечом

Мейгри поднялась на дерево и поравнялась с тем, что когда-то было адонианцем.

– Моя ошибка, – повторила она сквозь зубы. Руки Оме были крепко связаны за спиной. Это не было самоубийством. Она и мысли об этом не допускала Адонианцы слишком высоко себя ценят, чтобы лишить несчастный мир своего присутствия.

Серебряная цепь была туго затянута на шее и закреплена на крюке, приделанном к выступающей ветке. Запястья адонианца были мокрыми от крови. Он пытался противостоять судьбе, и веревки врезались в его руки, а цепь – в шею. Смерть наступила не сразу, его собственная тяжесть тянула его все ниже, медленно душила его, душила...

Мейгри взмахнула мечом, перерубив цепь. Тело рухнуло к ногам Маркуса. Телохранитель склонился над ним, собираясь, очевидно, снять звездный камень. Мейгри легко спрыгнула с дерева и отодвинула его в сторону.

Проклят, осквернен.

Она присела на колени рядом с трупом, поежившись от прикосновения к быстро остывающей плоти. Камень был темным и скользким от крови адонианца. Цепь настолько глубоко врезалась в шею, что была почти не видна. Она с усилием засунула под нее пальцы и сумела ее все-таки снять. Зажав звездный камень в руке, она поднялась на ноги и чуть не потеряла сознание. Маркус поддержал ее, не дав упасть.

– Все в порядке, – с трудом сказала она, хватая ртом воздух. Свет от меча тускнел; ее слабость уменьшала энергию, необходимую для зарядки. Сердитым жестом она засунула камень с обрывком цепи под панцирь. Острые концы кристалла укололи ее Эта боль помогла ей взять себя в руки. Свет от меча стал ярче.

– А теперь уходим... – начала она.

– Миледи! – закричал Кай. – Смотрите... Лазерная вспышка, взрыв где-то рядом с дверью.

– Убит, – раздался механический голос, отдавшийся эхом в темноте.

Маркус стрелой помчался по тропе. Мейгри не отставала. Спрятавшись под растениями, они держали под наблюдением дверь.

– Ложись! – выдохнул телохранитель, прижав Мейгри к земле. Появился коразианец, крутившийся во все стороны, отыскивая цель. Он выстрелил на звук: над головой у них сверкнул лазерный луч.

– Промах, – сообщил тот же механический голос, казавшийся Мейгри смутно знакомым, хотя не было времени вспомнить откуда.

– Это всего лишь один из роботов-мишеней, – прошептала Мейгри, чуть не рассмеявшись облегченно.