– С того времени, как его отпустили по решению этого комитета, чтобы он своими силами проводил расследование относительно личностей похитителей, его видели в ряде мест в Европе, а затем он вновь исчез. Он был задержан в Голландии на месте убийства, а затем отпущен голландской полицией за недостатком улик…

– Он был отпущен, – тихо сказал Вайнтрауб, – потому что смог доказать, что во время совершения преступления он был за много миль от этого места.

– Да, но убитый был бывшим наемником в Конго, отпечатки пальцев которого были обнаружены в доме, где держали Саймона Кормэка, – сказал Келли. – Мы считаем это подозрительным.

– Есть ли еще какие-нибудь свидетельства о Куинне? – спросил Юберт Рид.

– Да, сэр. Бельгийская полиция только что сообщила, что они нашли тело с пулевым отверстием в черепе на скамейке на самом верху чертова колеса. Время смерти – три недели назад. Пара, соответствующая описанию Куинна и агента Сомервиль, интересовалась местонахождением покойного у его работодателя приблизительно в то же время, когда тот исчез. Затем в Париже один из наемников был застрелен на улице. Водитель такси рассказал, что два американца, соответствующие описанию, уехали от этого места в это время на его машине.

– Великолепно, – сказал Стэннард, – восхитительно. Мы отпускаем его вести расследование, а он оставляет за собой серию трупов по всей северной Европе, там, где у нас есть или были союзники.

– Три трупа в трех странах, – заметил Дональдсон едко. – Что еще вы можете нам сообщить?

– В главном госпитале Бремена немецкий бизнесмен, выздоравливающий после восстановительной операции, говорит, что пострадал из-за Куинна, – сказал Келли.

– Что же он с ним сделал? – спросил Уолтерс.

Келли рассказал ему.

– Боже мой, это же маньяк! – воскликнул Стэннард.

– Хорошо, мы знаем, что делает Куинн, – сказал Оделл. – Он уничтожает банду, прежде чем они заговорят. А может быть, он сначала заставляет их говорить. А что делает ФБР?

– Джентльмены, – сказал Келли, – мистер Браун разрабатывает самую перспективную версию – алмазы. Все торговцы алмазами и ювелиры в Европе и Израиле, не говоря о Соединенных Штатах, предупреждены об этих камнях. Хотя они и не крупные, мы убеждены, как только они объявятся, мы тут же схватим продавца.

– Черт возьми, Келли, они уже объявились! – воскликнул Оделл.

Драматическим жестом он поднял брезентовый мешочек, лежавший на полу возле его ног, и опрокинул его над столом. Ручеек камней потек на поверхность стола. Все были потрясены и молчали.

– Отправлено почтой послу Фэйруэзеру в Лондон два дня назад. Из Парижа. Почерк Куинна. Так что же, черт побери, здесь происходит? Мы хотим, чтобы вы доставили Куинна сюда, в Вашингтон, чтобы он рассказал, что же произошло с Саймоном Кормэком, кто это сделал и зачем. Мы полагаем, что он, пожалуй, единственный человек, который что-то знает. Так, джентльмены?

Члены Кабинета единодушно кивнули.

– Вы точно сказали, господин вице-президент, – сказал Келли. – Мы… у нас здесь небольшая проблема.

– Что на этот раз? – саркастически спросил Рид.

– Он опять исчез, – ответил Келли. – Мы знаем, что он был в Париже. Мы знаем, что он взял напрокат «опель» в Голландии. Мы попросим французскую полицию проследить за этой машиной, установить наблюдение во всех портах Европы этим же утром. В течение суток его машина или паспорт где-нибудь объявятся. И тогда мы потребуем его выдачи.

– А почему нельзя связаться с агентом Сомервиль по телефону? – спросил Оделл с подозрением. – Она же с ним, она же наш человек?

Келли снова кашлянул с несколько виноватым видом.

– У нас здесь тоже небольшая проблема, сэр…

– Надеюсь, вы не потеряли и ее? – спросил Стэннард.

– Европа – большой континент, сэр. У нас временно нет с ней контакта. Сегодня утром французы подтвердили, что она уехала из Франции на юг Испании. У Куинна там есть свое место, испанская полиция его проверила, она там не появлялась. Вероятно, она где-нибудь в гостинице. Сейчас они проверяют отели.

– Слушайте, – твердо сказал Оделл, – найдите Куинна и доставьте его сюда. Притом быстро. И мисс Сомервиль, мы хотим поговорить с ней.

Совещание закончилось.

– Не только они хотят поговорить с ними, – проворчал Келли, сопровождая более чем недовольного директора к их лимузинам.

Когда Куинн проезжал последние пятнадцать миль от Коро до побережья, настроение у него было отвратительное. Он знал, что со смертью Орсини все нити были окончательно и бесповоротно оборваны. В банде было четыре человека, и все были покойники. Толстый человек, кто бы он ни был, и люди, стоявшие за ним, если только таковые заказчики существовали, могли навсегда скрыться, зная, что их личности никогда не будут названы. Что на самом деле произошло с единственным сыном президента, как это случилось, зачем и кто это сделал, останется тайной истории, как убийство президента Кеннеди. Будет официальное решение закрыть дело, и будут различные теории, объясняющие это происшествие… И это навсегда.