— Ну, что там у нас с Мартином? — как ни в чем не бывало поинтересовался Вангер и вдруг посетовал: — Фрида, автомат опять не работает.

Фрида рассмеялась: неработающий автомат с кофе был всегдашней проблемой Дага. Когда они вместе работали в соседнем кабинете, Фриде приходилось приносить кофе самой, агрегат упорно отключался при одном только приближении Вангера, словно тот намеревался выжимать из него кофе устрашающими методами.

— Сейчас принесу. Купил бы уже кофеварку, что ли?

Даг только махнул рукой: у него и кофеварки ломались через день.

Когда она вернулась с тремя стаканчиками кофе, Даг и Кевин уже набросали на листе (Вангер не любил экран компьютера, предпочитая записи вручную) то, что известно об убийстве Карла Сандберга, и перешли к вопросам по Мартину.

Получалось, что Торстейн отсиживался в домике на острове Скарпё, откуда его должен был забрать Мартин и спрятать пока в доме Ларса. Идеально, ведь Мартин прекрасно знал, что после смерти Жаклин ни Ларс, ни Свен там не появляются. У Мартина уж точно были ключи от дома, и он знал систему сигнализации и освещения.

— Почему мы не заинтересовались Скарпё раньше? Почему не узнали, что там у Торстейна дом?

Кевин покачал головой:

— Домик небольшой, но не в том дело. Он даже не на имя Трувассон, а на имя Раннес, это первая фамилия владелицы. Мы не могли знать, никто же не думал, что он прятаться мчался, решили, что просто так вышло.

— Так вышло… — проворчал Даг. — Случайностей не бывает! Нужно проверить алиби Мартина и доказать, что врет.

— Думаю, его могло и не быть на острове в день пропажи Петры. Она могла действительно приехать с кем-то из приятелей, чтобы похвастать своими возможностями.

— Ну и где этот приятель?

Фрида пожала плечами:

— Или удрал с перепуга, или надо искать еще один труп на острове. Но Мартин и впрямь мог быть в тот день в Копенгагене. Другое дело ночь убийства Карла Сандберга. Там точно он. Укокошили бедолагу вдвоем и воспользовались его катером.

Кевин возразил:

— Нет, не получается по времени. Все, что он мог, — высадить Торстейна где-то по пути. Но нам не найти где, там мелких островов полно, пересидел до следующего дня, и все.

— Ладно, попробуйте выяснить, есть ли записи камер у дома Мартина за ту ночь.

И снова они с Кевином до рези в глазах изучали видео с камер наблюдения. Не потому, что камер у дома было много, просто Фрида нашла еще одну зацепку.

Да, Мартин в тот день вернулся утром и пешком. Это вспомнил даже консьерж, просто он не сразу открыл, и Юханссон закатил скандал по поводу плохого выполнения им обязанностей. Сказал, что всю ночь гулял с друзьями и хочет спать, хотя одет был вовсе не нарядно.

— Что значит «не нарядно»?

На вопрос Кевина консьерж усмехнулся:

— Когда Мартин гуляет с друзьями, он выглядит как женщина, а не как мужчина.

— Тьфу ты! А пахнет он как, вот так?

Кевин уже выяснил, как пахнет иланг-иланг, долго мучил продавщиц парфюмерных отделов, пока не нашел знакомый запах и не вынудил надушить платочек, который прятал в закрытом пакетике для вещественных доказательств.

Консьерж кивнул:

— Во-во, как бабенка. Сам уже привык, да и мы привыкли, но если Мартин мимо прошел, то не учуять невозможно.

— В то утро он тоже так пах?

— А он всегда пахнет.

Дагу не давал покоя белый катер, но что-то подсказывало, что этот катерок может дать ответы на многие вопросы.

Но белых катеров в Стокгольме абсолютное большинство, проще найти какой-то другой. Вангер решил зайти с другой стороны. Далеко не все катера могли быть в акватории рядом с нужным островом в нужное время. На мостах и местах отправления паромов, в самых разных местах на набережных стоит множество камер наблюдения, на каких-то из них наверняка запечатлелся нужный катер.

Оставались «мелочи» — отсеять все ненужные в количестве нескольких тысяч штук.

И все равно Вангер вызвал Кевина Эка, изложил тому свою идею. Кевин немного подумал, потом попросил:

— Я привлеку Магнуса?

— Хорошо.

Магнус согласился помочь, и приятели взялись за титанический труд.

Они отсекли все мосты и набережные, которые вряд ли могли помочь, ограничили время одним днем, когда катер, по словам Петера, стоял у малого причала. Именно в тот день ушла из дома и не вернулась Петра.