Я поднял бумажник. Там преспокойно лежали все восемьсот восемьдесят присвоенных мною долларов.

Я поднял медальон. Цепочка не разорвалась. Просто, надев его, я не защелкнул предохранительный механизм и застежка соскользнула с цепочки. Значит, не брала их графиня Крэк! Значит, ее поцелуй в щеку выражал искреннюю благодарность за то, что, по ее ошибочному мнению, я сделал ей ценный подарок в виде кредитной карточки.

Она не знала, что за купленное по кредитным карточкам впоследствии нужно-таки платить — я же умолчал об этом, желая, чтобы она доконала Хеллера своей безумной расточительностью.

Мне вдруг вспомнилось, что еще раньше она поинтересовалась, кто хозяин больницы, и, узнав, что начальник — я, решила, что все тут принадлежит Аппарату и, следовательно, предназначено для миссии. Она ведь даже не крала того, что взяла.

И тут я мысленно получил самый гнусный удар: она не мошенница! Возможно, Хеллер прав, утверждая, что ее полицейское досье сфабриковано, а ложное обвинение подстроено помощником лорда-попечителя по образованию планеты Манко. Возможно, его предсмертная исповедь целиком правдива и графиня невиновна.

Я почувствовал, что закипаю. Меня начинала злить поднимавшаяся во мне красной волной ярость, направленная на графиню.

Так, значит, она из невиновности своей извлекает пользу! Она отказывает мне даже в такой утешительной малости, как удовольствие видеть в ней уголовницу.

Ну вот, я в очередной раз убедился, что нет пределов надувательству, на которое способна графиня Крэк.

Смутно я стал осознавать, что дежурный офицер все о чем-то говорит и говорит, и в конце концов переключил внимание на него.

— Что? — непонимающе спросил я.

— Да капитан Больц — вот что! — раздраженно прокричал дежурный. — Я что хочу вам сказать: капитан Больц с «Бликсо» ужасно расстроен, и все из-за вас. Все вас искали, искали и нигде не могли найти. Он же хотел податься в Стамбул, но говорил, что не может покинуть базу, пока не увидится с вами. Он тут рвал и метал, разыскивая вас целых полтора дня. Взбешен, как сотня разбушевавшихся дьяволов. Мой вам совет: сейчас же идите к нему, сколько бы там ни было времени.

О боги! У судьбы еще не кончились патроны. Еще одна беда на мою голову.

Куда же ты провалился? — взревел капитан Больц.

Он, то есть спутанная масса рыжих волос и ярости, тучей поднялся со своей шарнирной койки.

Я робко стоял в овале дверного проема, вертя в руках каракулевую кепку. Капитан видавшего виды «Бликсо» не походил сегодня на себя самого: ни приветливого приглашения присесть, ни слегка заискивающего поведения.

— Отвратительный был рейс! — прорычал он. — Какой-то (…) гомик крутился возле моего экипажа и флиртовал, какой-то чокнутый доктор тараторил как идиот и все пытался убедить моих помощников, что кораблем лучше будет управлять, если он присадит им вместо рук плавники, а красавица, каких я в жизни не видывал, сидела взаперти в своей каюте — хоть бы ножку мельком показала. Затем прибываем сюда и прямо перед тем, как проскользнуть через горную верхушку, контрольная панель пытается мне сказать, что я вот-вот должен столкнуться с космическим кораблем!

Я съежился от страха. Мне-то известна была причина странного поведения его панели — выключатель гипношлема у меня в голове.

— Потом вроде все благополучно, я в ангаре, позади только боги знают сколько опасностей, которым мы смотрели в лицо, — и где же, скажи мне, ты? — снова загремел он. — Ни шотландского виски, ни «Привет, Больц» — и это еще не все! Три месяца назад побывал я в Стамбуле и познакомился там с одной богатой вдовушкой. И она говорит мне, что просто умрет, если я не вернусь назад, и (…), Грис, полтора дня слоняюсь я по этому вонючему ангару, а тебя найти не могу!

— Зачем же я тебе понадобился? — робко отважился спросить я. А действительно — зачем? Я не хотел покрывать его делишки.

— Сразу же начнем с главного, — сказал он. — Садись вон в то кресло! Если мы немедленно приступим к делу, с ним можно будет покончить вовремя, чтобы я успел на утренний самолет.

Я сел, проявляя осторожность и держа руку недалеко от рукоятки стенгана. Эти астролетчики — народ непредсказуемый. Они способны выходить из-под контроля. И не только это, чтобы стать астролетчиком, нужно быть прежде всего чокнутым. Так что расстраиваться из-за того, что какая-то богатая вдовушка ждет его, не было никакой необходимости. Или была?