Я прибавил звук на видеоустановке Кроуба. Голос по телефону ответил:

— Психиатрическое отделение Бельвыо, — а затем музыкальным веселым тоном: — Доброе утро!

— Говорит Дж. Уолтер Мэдисон, Месс-стрит, 42. Скорее пришлите неотложку.

Охранник забрал свое радио, но слушать его не стал. Другой держал Кроуба, не позволяя ему лезть через стол, и пытался отнять у него электронож.

Мэдисон дрожащим пальцем указал на дверь:

— Подержите его внизу у лестницы, пока не придет неотложка!

Я ничего не мог поделать.

Вскоре с воем сирены прибыла психиатрическая неотложка из Бельвью. Оттуда выскочили двое санитаров в белых халатах и схватили Кроуба. Охранники, (…), отдали им его чемодан. Доктора затолкали в машину, и дверцы закрылись.

Старший охранник ужасно самодовольным голосом проговорил в микрофон:

— Итак, офицер Грис, дело сделано.

— Быстрей, быстрей, — торопил я его. — Следуйте за этим фургоном! Вы должны его спасти.

— Как я уже сказал, офицер Грис, дело сделано. Эти санитары выглядели вполне профессионально. У одного даже имелась под рукой дубинка. Наш подопечный передан в надежные руки.

— Подождите!

— В офисе я передам радио агенту Рату. Если вам и дальше захочется это обсуждать, можете говорить с ним. Мы едем к себе. Конец передачи. — Радио щелкнуло напоследок и замолкло.

Я опечалился.

Огорченный своим поражением, я вышел во двор. День был очень холодным, небо — серым. В голых кустах голодным волком рыскал ветер. И охотился он за мной.

Я увидел Терса, подошел к нему и спросил:

— Где таксист?

— Наверное, проводит испытания новой машины Ютанк, — отвечал он с ехидным своим смешком.

— Новой машины?

— Доставили только сегодня в поддень. «Мерседес-бенц». Совсем новенькая. Очень хорошая. Таксисту продал его друг.

Я нахмурился. А ведь Ютанк, подумалось мне, не приползла ко мне на коленях и не просила денег, как ожидалось. И вот у нее новенький «мерседес-бенц»! А ведь эти машины стоят уйму денег! Где же она их берет? Кредитные карточки? Меня охватила ярость. Я с ней разберусь!

— Куда они поехали? В какую сторону?

— Наверное, в центр по переподготовке фермеров. — И он ехидно рассмеялся.

Я прыгнул в машину и приказал ему отвезти меня туда. В центре находился офис Фахт-бея. Может, они сговорились довести меня до нищеты?

Я ехал, оглядывая дорогу, надеясь, что увижу Ютанк на ее новой машине. Мы въехали на территорию центра. Никакого «мерседеса» там не было.

Я вбежал в холл возле офиса Фахт-бея, уже хотел было переступить порог, но, к счастью, сработали мои стремительные рефлексы. У Фахт-бея собралось нечто вроде совещания. Я остановился. Вокруг его стола, спиной ко мне, сидели турки — женщины и мужчины.

Увидев меня, Фахт-бей сделал знак рукой, чтобы я уходил. Я тут же попятился, и в этот момент одна из женщин обернулась. Даже сквозь чадру я узнал в ней одну из первых, с кем я имел свидание в машине!

Фахт-бей вышел в переднюю, закрыв за собой дверь.

— Послушайте, — сказал он, — я бы на вашем месте не стал туда сейчас входить.

— Что-то не так? — спросил я.

— Пока не знаю, — отвечал он. — Собственно, мне пока неизвестно, что все это значит. Примерно час назад эта ваша Ютанк приехала ко мне и сказала, что со мной хотят встретиться несколько человек. Они только что прибыли.

— Говорили они что-нибудь? — умоляюще спросил я.

— Только что-то насчет беременности. Слушайте, заходите попозже. Может, к тому времени я узнаю, в чем дело.

— Беременность? — сказал я. — Послушай, если тут какая-то проблема с беременностью, этому можно помочь. Не обещай ничего! Но помочь этому можно!

Я выбежал, вскочил в машину и потребовал, чтобы Терс отвез меня в больницу.

Если одна из этих женщин забеременела, все очень просто. Разве не мог я кое-чему научиться, будучи «шпиёном» в семействе Роксентера? Каждый раз беременность решается абортом! И Прахд — тот человек, которого нужно повидать по этому делу. Я добьюсь его согласия, он сделает женщине аборт, и все будет в порядке.

Я вбежал в больницу и через вестибюль поспешил к кабинету Прахда. Он сидел за столом.

— Беременность! — выпалил я с ходу. — Вы должны тут помочь!

Молодой доктор Прахд Бителсфендер посмотрел на меня и грустно сказал:

— Я рад, что вы наконец пришли ко мне с этим признанием.

— Да я не хотел, это была случайность, — стал я оправдываться. — Она казалась такой красивой, когда там лежала, что я не мог устоять.

— И вы не приняли никаких мер предосторожности?

— Откуда мне было знать, что она забеременеет именно в этот раз! Это ей следовало предостерегаться!