— Она плачет, — сказал Фред в тот момент, когда вышел из лифта.

— Вот черт! — Воскликнул я, а мое сердце рухнуло куда-то в район живота.

— Хотя она сказала, что это хорошие слезы, так что думаю, что путь для тебя свободен, — добавил он и потрепал меня за плечи.

Я взглянул на потолок и нервно сглотнул.

— Фуф. Хорошо. Это последняя, Фред, но я должен подняться наверх с Вами. Я смогу там где-нибудь спрятаться, чтобы она меня не увидела, пока Вы будете передавать ей посылку?

— Ты сможешь подождать в коридоре и скрыться за углом. Она не сможет увидеть тебя там, — предложил Фред.

— Звучит отлично. Готовы увидеть, как я буду завоевывать свое сердце обратно? — спросил я, сжимая в руке дюжину красных роз.

— У меня хорошее предчувствие, — сказал он, бросая взгляд на цветы.

Мы вместе вышли из лифта и шагнули в освещенный коридор. Фред указал на дверь с номером 323, я кивнул, и поторопился спрятаться за угол. Стук в дверь был тихим, но все равно звук разнесся по всему коридору. Я услышал, как Кэсси шутливо спросила у Фреда, следует ли ей оставить дверь открытой на всю ночь.

Фред сказал ей, что это последняя посылка. Я, в самом деле, услышал разочарование в её голосе, когда она поблагодарила его? Дверь в квартиру закрылась, и Фред прокашлялся, привлекая моё внимание. Я выглянул из-за угла, и он поманил меня к себе.

— Удачи, Джек, — он протянул свою руку.

— Спасибо огромное за Вашу помощь. Я бы не смог это сделать без Вас.

— Смог бы, — сказал он с усмешкой, прежде чем скрылся в кабине лифта.

Последняя посылка содержала простое письмо и маленькую записку с просьбой открыть входную дверь. Я поспешил подойти к квартире Кэсси, и стал ждать, сжимая розы вспотевшими ладонями, и удерживая букет так, чтобы скрыть им символику Mets на моей футболке. Именно в этом момент я понял, что оставил свою самоуверенность где-то между своей старой жизнью в Аризоне и новой жизнью здесь. Я чертовски сильно нервничал. Что если… так много «что если» терзало мой мозг, когда дверь в квартиру Кэсси распахнулась.

— О, Боже, — сказала она, и её голос разнесся по всему коридору.

Она была такой красивой. Мне хотелось схватить ей, прижать к стене, сказать, как мне жаль за всё, что произошло, и наверстать каждое мгновенье, что было упущено. Я опустил руки, позволяя ей прочесть надпись на моей футболке.

— Мне понравилось это. — Лицо Кэсси озарила широкая улыбка.

— Что конкретно тебе понравилось? — подразнил я, испытываю беззащитность перед ней. Было трудно пережить то, через что нам пришлось пройти. Я не имел ни малейшего понятия, простит ли меня Кэсси когда-нибудь и примет ли обратно. Велика вероятность, что не простит. Прошлой ночью я сильно рисковал, но я бы сделал это снова ради неё.

— Хотелось бы услышать твое мнение на этот счет, и увидеть остаток прошлой ночи твоими глазами.

Я глубоко вздохнул, прекрасно понимая, что сделаю всё, о чем она только попросит.

— Почему на тебе надета футболка Mets? — спросила Кэсси. В её голосе волнение смешалось с недоумением.

— Меня обменяли.

— Они обменяли тебя? — спросили она с удивлением в голосе. Хотя нет, скорее с обидой.

— Ну, технически, — я не мог перестать улыбаться, — Я попросил сам.

— Ты попросил о чем? — она скептически прищурила глаза.

— Я попросил о том, чтобы меня обменяли в Mets. — Я пожал плечами и уставился на цветы в моей руке, спрашивая себя, как долго она будет держать меня за порогом.

Её глаза еще больше расширились от удивления.

— Значит, сейчас ты живешь в Нью-Йорке?

— Только что прилетел сюда. Могу я войти?

— Конечно, входи. — Кэсси споткнулась, пока пятилась назад, чтобы впустить меня внутрь. Я кое-как подавил смех. Была ли она взволнована, так же как и я?

— Это тебе, — я протянул ей розы на длинных стеблях.

— Спасибо. Они очень красивые, — она наклонилась и понюхала цветы. Я заметил, что она закрыла глаза, когда вдыхала их аромат.

Затем Кэсси прошла в крошечную кухню, а я стал осматривать её квартиру. Мои глаза остановились на диване.

— Вижу, ты получила мои подарки.

— Мм-угу, — пробормотала она. И мне тут же захотелось заставить её и молчать, и стонать одновременно.

— Кэсси, — позвал я её по имени, и медленно стал двигаться в её сторону. Я пытался сопротивляться своему желанию прикоснуться к ней, но быть так близко… как у человека может быть столько силы воли? Я не знаю, что было такого в её волосах, но я боролся с сильным искушением протянуть руку и прикоснуться в ним. Вместо этого, я просто заправил прядь волос ей за ухо, а она в свою очередь прикоснулась к моему лицу. Клянусь, я превратился в кусок глины от её прикосновения.

— Ты все еще любишь меня? — спросил я, когда отчаяние и неуверенность завладели мной.

— Никогда не переставала.

Это все, что мне нужно было услышать.

— Я тоже.

Я схватил Кэсси за затылок, больше не в состоянии ждать ни секунды. Мой рот немедленно накрыл её губы, а жар между нами все возрастал и возрастал. Мой язык встретился с её языком прежде, чем я успел отстраниться. Мне было необходимо сначала извиниться, прежде чем я стяну с неё одежду и брошу на пол вместе со своей гордостью.