– Послушайте! – сказал он.

Все тоже встали на колени рядом и увидели толстые трубы, идущие горизонтально на несколько футов ниже поверхности земли.

– Что это такое? – спросила Кэт.

– Вентиляционные трубы. А в них заодно и кабель и разная проводка, – сказал Дили. – Значит, комплекс прямо под нами.

– Слушайте! – снова призвал их к Тишине Фэрбенк. Все затаили дыхание и прислушались. Из-под решетки доносилось слабое, но совершенно отчетливое, вибрирующее гудение.

– Генераторы! – взволнованно объявил Эллисон. Они посмотрели друг на друга, и проблеск надежды сверкнул в их глазах.

– Господи, они работают, – торжествовал Фэрбенк. – Там, внизу, люди!

Он и Эллисон разразились криками ликования.

– Я же говорил вам, – сказал Дили, удивленный этой вспышкой, тем не менее улыбающийся, – я же говорил вам, что это главная правительственная штаб-квартира. Разве я вам это не говорил?

– Ты говорил нам это, – смеялась Кэт.

– Подождите! – поднял руку Калвер. – Мне кажется или звук действительно становится громче?

Они прислушались повнимательнее, а Фэрбенк даже приложил ухо к решетке.

– По-моему, звук такой же, как и был, – заключил он спустя несколько секунд и взглянул снизу вверх на Калвера.

Но Калвер уже пристально смотрел в небо. Остальные, заметив это, проследили его взгляд. Гудение превратилось в жужжание, и этот звук явно отличался от того, что шел снизу. Жужжание становилось все громче.

– Вон он! – Калвер ткнул пальцем в небо.

И они сразу же увидели самолет – темное пятнышко в подернутом туманной дымкой небе. Самолет шел низко над землей. Появился он с запада. Медленно, так, как будто каждое резкое движение могло развеять этот образ, они поднялись на ноги, обратив к этому пятну ошеломленные лица. Никто не осмеливался вымолвить ни слова. И именно Дили нарушил молчание, но лишь шепотом:

– Он летит вдоль реки.

Самолет приближался. Калвер разглядел, что он был маленьким, легким.

– Это “Бобер”, – сказал он как бы про себя. Остальные мельком взглянули на него как бы в замешательстве, но сразу же опять повернули лица к небу.

– Это армейский разведывательный самолет “Бобер”, – уточнил Калвер. – Проводит, черт его подери, рекогносцировку. Это же должен быть он!

Крошечный самолет был уже почти над их головами. Фэрбенк и Эллисон хором начали кричать и размахивать руками, чтобы привлечь внимание пилота. Остальные тут же поддержали их, подпрыгивая и крича. А потом все бросились бежать обратно по набережной в тщетной попытке догнать машину, крича ей вслед во всю мощь своих легких, хлопая в ладони, отчаянно стремясь, чтобы их заметили.

– Он видит нас, он видит нас? – кричала Кэт, вцепившись в Калвера. – О, Господи, заставь его увидеть нас!

А потом самолет исчез, унеся с собой остатки их духовных сил. Они следили за ним, пока он не превратился в грязное пятнышко. Потом исчезло и оно. А они все смотрели вслед.

– Дерьмо, дерьмо, дерьмо! – закричал Фэрбенк.

– Он не мог не заметить нас! – Эллисон.

– Он мог не разглядеть нас сквозь этот туман! – Дили.

– Небо здесь яснее. Шанс у него был! – Калвер.

Послышались рыдания Кэт. Калвер крепко обнял ее за плечи.

– Не важно, мог ли он или нет. Теперь мы в безопасности. И стоит нам попасть в это убежище, как все будет в порядке. Кроме того, под нами целая сеть туннелей – это путь из Лондона.

– Я знаю, Стив. Просто это было мгновение, когда мы почти прикоснулись к... к... – Ей было трудно подобрать правильное слово. – Я не знаю... Ну, если хочешь, – к цивилизации. К чему-то, лежащему за пределами всего этого. – И она кивнула в сторону руин.

– У нас скоро будет настоящее прикосновение, обещаю тебе это.

– Ты думаешь, самолет вернется?

– Кто его знает. Летчик ведь может выбрать и другой маршрут: он хочет обследовать как можно большую местность. Кэт, соглашаясь, кивнула и провела рукой по носу.

– У меня сегодня получился день плача.

– Ты ведь уже прошла через такие переделки, – улыбнулся Кал-вер. – Осталось совсем чуть-чуть.

И они вернулись к решетке, вделанной в набережную, и прошли ее, не проявляя больше интереса к слабому бренчанию, доносившемуся из подземных глубин.

Дойдя до прямоугольника из серого камня, они осмотрели его со всех сторон, еще раз прогулялись вокруг, вначале ошарашенные, а вскоре и забеспокоившиеся.

– Что за ребус? – сказал Фэрбенк, вытирая пот с шеи. – Ни единого входа. Ну и как же, черт подери, мы внутрь-то попадем, Дили?

Каменный прямоугольник, как минимум двенадцать футов в длину и футов пять-шесть в ширину, массивный и мрачный, представлял собой монолит, выглядевший абсолютно неприступным.

“Похож на могильный камень. Или жертвенный алтарь”, – подумала Кэт.