Остальные, уставшие до безумия, тоже кое-как поднялись. Ноги у всех ныли, и все же никому и в голову не пришло отказаться от предложения Калвера. Они устало брели за летчиком по этому омерзительному потоку, зловонный дух которого был все же куда менее неприятен, чем прочие ароматы этого дня. Идти было трудно: ток воды сбивал шаг, а необходимость все время сгибаться добавляла нагрузку на ноги. И все-таки какое они испытали облегчение, когда за их спинами стал утихать, а потом и совсем исчез крысиный визг.

Они шлепали вперед по воде, бегущей в этот туннель из других, менее крупных водостоков, устья которых открывались то с одной, то с другой стороны. Сводчатые стены, поросшие лишайником, были скользкими, и к ним невозможно было прикоснуться без омерзения. Во многих местах каменная кладка обваливалась, и там зияли проломы. А вскоре до их ушей донесся новый звук. Калвер сделал предостерегающий знак, все остановились и прислушались.

– Да нет, это просто где-то течет вода, – сказал Дили. – Здесь, впереди, должно быть, главная канализация.

– И выход наружу, – добавил Эллисон.

– Да, он должен быть здесь.

Они ускорили шаг. Вскоре бурлящий шум превратился в умеренный рев. Спотыкаясь, они продолжали идти вперед, не обращая внимания на какие-то комья, видимо, скопления нечистот, то и дело ударявшие их по ногам. Они постоянно оскальзывались на гладком полу, скрытом водой, но тотчас же вскакивали, не останавливаясь даже для того, чтобы восстановить дыхание или потереть ушибленные колени. Наконец они добрались до более просторного, видимо, центрального канала и вошли в него.

Он был футов в двенадцать шириной, с высоким сводчатым потолком. От стен – с обеих сторон – отходили своеобразные мощеные тротуары, достаточно широкие, чтобы по ним можно было идти. Этот канал был гораздо мощнее, и он нес с собой какие-то обломки, камни, вспениваясь вокруг более тяжелых преград.

Они выбрались на ближайший к ним тротуар, и каждый вздохнул с облегчением. Казалось, у всех даже прибавилось сил, когда они убедились, что попали в главный коллектор, – в свете фонаря было видно, что в него впадают другие коллекторы и водостоки.

– Нам повезло, – сказал Дили, почти не разжимая рта, через нос. – Этот туннель наверняка был совершенно затоплен, когда буйствовал ливень.

– Я что-то не вижу никаких лестниц, – заметил Фэрбенк, тщательно посветив фонарем в одну, потом и в другую сторону. Калвер подсветил ему вторым фонарем.

– Подальше должны быть какие-нибудь. Возможно, впереди есть плотина на случай мощного затопления... – Дили показал вдаль, – так что в той стороне мы можем отыскать и выход наружу.

Калвер почувствовал, как чья-то рука скользнула вокруг его торса, и посмотрел вниз. На него пристально глядела Кэт.

– Ну, теперь мы в безопасности? – спросила она умоляюще. Солгать Калвер не смог.

– Пока еще нет. Но уже скоро, скоро. – Он на мгновение привлек Кэт к груди и поцеловал ее волосы. – Смотрите в оба! – сказал он, обращаясь ко всем. Потом он снова двинулся вперед. Остальные гуськом шли вплотную за ним.

Бурный поток напомнил Калверу о затопленном туннеле метро, и мысли его переметнулись дальше, к той отчаянной гонке, ради спасения от радиоактивных осадков, к путешествию по железнодорожному пути, где они впервые наткнулись на крыс-мутантов. И к тому, как он впервые увидел перепуганную, замершую девушку, которая оказалась Кэт. Он вспомнил о бесконечных, полных невзгод днях, проведенных в убежище Кингсвея, о той, самой первой вылазке в разрушенный мир наверху. Умирающие, молящие о помощи люди. Бешеные собаки. Брайс... Он вспомнил и о том, как, вернувшись, они сражались с наводнением, вспомнил о мятеже в самом убежище. А потом это вторжение крыс, затопление биржи, страшные усилия для бегства оттуда, вспомнил и о докторе Клер Рейнольдс.

Было так странно, что и этот день, и тот, что был накануне, остались в памяти как какое-то безумное, расплывшееся нагромождение событий, беспорядочное и бессмысленное. Сумасшедшая путаница видений и зловонных запахов, перемешанных со смертью.

И лишь одно объединяло, пронизывало все это, не считая долгих недель ожидания, проведенных в убежище: с того момента, как была сброшена первая бомба, он бежал, бежал, бежал. И даже сейчас он не останавливался и уже начинал задумываться, а сможет ли он вообще когда-либо остановиться. Ведь там, снаружи, в этом новом мире, будет еще больше опасностей и с ними придется встретиться лицом к лицу. Там, вероятно, сейчас царят только насекомые да звери-помощники. Возможно, там даже не осталось мест, где могли бы отдохнуть люди.

– Эй, ты кое-что пропустил! Вон там. – Фэрбенк направил луч своего фонаря на противоположный тротуар.

Калвер нацелил туда же свой фонарь и увидел какой-то ход, а за ним – коридор. Ему даже удалось различить каменные ступеньки, ведущие куда-то вглубь.

– Как думаешь, куда это может вести? – спросил он Дили.

– Откуда я знаю? Но это не канал и не водоотвод. Калвер пристально посмотрел вниз, в пенящуюся, покрытую какими-то пятнами воду у края тротуара.

– Не стоит рисковать, – сказал он. – Надо идти, как и шли.