— Ну, и что теперь? — спросила Тереска.

— Теперь я бы позавтракал, — спокойно ответил Янушек.

— Ну, знаешь!… — возмутилась Шпулька. — Тут такое творится, убийства, могилы, а ты есть хочешь?!

— Ну и что, что убийства и могилы? Конечно, хочу, я-то ещё пока живой!

Зигмунт во время этой перепалки хмуро изучал местность вокруг пострадавшего автомобиля. Он заметил нечто, ускользнувшее от внимания остальных. В одном месте кусты были поломаны, а трава взрыта. Следы вели в глубь леса, как будто кто-то, не разбирая дороги, ломился сквозь заросли, падая и круша все на своём пути, а возможно, продирались и двое, боровшиеся друг с другом. Что касается всевозможной борьбы и прочих восточных единоборств, тут Зигмунт собаку съел и мог бы работать экспертом. Очень все это подходило к тому месту, где Шпулька увидела дикую морду. Один, похоже, бежал, а другой пытался его задержать и нагнал-таки у самого болотца…

Парень уже совсем было собрался поделиться с остальными своими наблюдениями, но передумал и решил не нагнетать паники. В этих местах творилось явно что-то необычное, и хоть никаких трупов не нашли, это вовсе не означало, что противники мирно разошлись, весёлые и довольные. Одного из них видела сестра, а другого, возможно, хорошенько утрамбовали на склоне холма… Не стоит обсуждать эти подробности с двумя девчонками и одним сопляком, а надо просто сообщить в милицию, только не сейчас же! Иначе всякая возможность наловить ещё раков будет исключена…

Вот таким образом, помимо разницы в возрасте и жизненном опыте, Зигмунт пришёл к тем же самым выводам, что и Янушек, и принял практическое решение. Подойдя к стоявшим у машины членам рачьей экспедиции, он поддержал предложение Янушека:

— Позавтракать можно, почему бы и нет. И так мы тут ничего не выстоим. Давайте вернёмся к палаткам и там подумаем, что делать дальше. Только по пути я бы дипломатично пособирал сокровища.

— Дипломатично — это как?

— Ну, так… Как можно незаметнее.

Дипломатично собранные и старательно завёрнутые сокровища спрятали в палатке девчонок. Тереска занялась костром, Шпулька с Янушеком осторожно перекладывали раков, выстилая им ведро крапивой. Зигмунт открывал консервные банки и нарезал хлеб. В атмосфере чувствовался, может, немного и неприятный, но зато такой возбуждающий запах опасности, очень контрастировавший со спокойным и полным солнца пейзажем.

Собирая вокруг хворост, Тереска наткнулась вдруг на какой-то предмет — не деревянный. Она уже хотела отбросить его в сторону как не годящийся на растопку, но не сделала этого. Форма предмета что-то ей смутно напоминала. Девчонка никак не могла вспомнить, где она такую штуковину уже видела и что это вообще такое. Рассматривая находку и напрягая память, она повела взглядом вокруг, заметила другой странный предмет и тоже подняла его с земли…

Зигмунт быстро прикрыл кастрюлю, куда как раз вываливал тушёнку, так как Тереска вскочила так резко, что в посудину посыпалась земля.

— Слушайте, здесь кто-нибудь, копал? — взволнованно спросила она.

— Дёргаешься, и всякая дрянь летит, — недовольно ответил Зигмунт. — А потом будет на зубах хрустеть. Кто что копал?

— Здесь. Здесь, я спрашиваю, кто-нибудь что-нибудь копал? Землю тут кто-нибудь рыл?!

— Ясно, копали. Что за вопрос? — недовольно отозвалась Шпулька, оторвавшись от вёдер с раками. — Мы с Зигмунтом тут как лошади вкалывали. Ты что, не заметила, здесь же склон, а палатки стоят ровно. Не само же выровнялось?!

Тереска казалась чем-то очень возбуждена, похоже, какой-то неожиданной догадкой. Она перевернула термос, задумчиво подняла его и отставила подальше.

— Я, конечно, не уверена… Знаете, я бы сходила посмотреть на эту могилу. Мне кажется… Может, и не правильно… Я бы сходила к этому захоронению.

Все недовольно на неё уставились. В глазах Шпульки появилась к тому же лёгкая паника.

— Прямо сейчас? — поморщился Зигмунт. — А завтракать когда же?

— Чихала я на завтрак. Завтрак не убежит.

— Могила тем более!

— Осматривать могилы на голодный желудок очень вредно, — авторитетно изрёк Янушек. — И эти скелеты… Один меня чуть не укусил. Потом аппетит совсем пропадает. Я могу туда пойти, пожалуйста, но только после еды.

— Не уверена, что могила хороша на десерт, — с сомнением заметила Шпулька. — Неужели нельзя хоть минутку посидеть спокойно?

— Они правы, — согласился Зигмунт. — Не тряси в кастрюлю всякую пыль. Далась тебе эта могила. Ты что-то придумала?

Тереска не хотела ничего говорить. Костёр она развела моментально, поставила кастрюлю на сильный огонь, не обращая внимания, что та тут же закоптилась, сунула Янушеку ложку и велела есть быстрее. Шпулька со своим котелком пристроилась рядом с подругой.

— Даже помешать толком не могла, — обиженно заявила она. — Половина совсем холодная.

Она вдруг замолчала, так как заметила предмет, который Тереска тщательно очищала о собственную блузку.

— Как это? — произнесла Шпулька, совершенно ошарашенная. — Откуда ты?.. Ведь это…

Ни слова не говоря, Тереска подала ей предмет, уже очищенный от земли и пепла, а затем и другой, поменьше, также весьма непрезентабельный, похожий на кусок старого железа. Шпулька положила свою ложку прямо на траву, даже не заметив этого. Схватив обе штуковины, она молча принялась рассматривать их, затем вопросительно взглянула на подругу. Та несколько раз энергично кивнула головой. Шпулька поспешно поднялась.