– Я, наверное, сломал ногу! – сообщил он подбежавшим коллегам.

– Не может быть, – всплеснула руками Филимонова.

Профессор тем временем поднял с пола карту и заботливо стряхнул с нее несуществующую пыль. Корчи Бубнова его волновали до обидного мало. Марьяна присела возле пострадавшего аспиранта на корточки и ощупала его ногу.

– У вас просто ушиб. Кость цела, нога не вывихнута, – сказала она несколько минут спустя, улыбнувшись. – Сейчас немного поболит и пройдет.

Багровый Дима, чей план не удался, неуклюже поднялся на ноги и нарочито захромал в сторону столика. Марьяна поддерживала его за локоть. Слюнько шел сзади с картой в руках. Его глаза горели. Сев за стол, он жадно распахнул широкие листы и уставился на картографическое изображение Краснодарского края.

– Ну и где биостанция? Вы можете показать мне точно? – спросил он у Марьяны.

Доцент Филимонова вытащила из кармана джинсовой куртки авторучку и поставила на бумаге небольшой ромбик.

– Примерно здесь, – сказала она.

– А как же мы ее найдем, если местонахождение биостанции известно только примерно? – проворчал Бубнов, страдая по оставленной в общежитии безнадзорной красотке, которая в данный момент, в чем аспирант ни секунды не сомневался, флиртует с кем-нибудь из его счастливых соперников.

– Нам и не надо точно знать, где расположена станция, – ответила Марьяна, – это известно местным жителям. Мы возьмем такси!

– А лучше – закажем вертолет, – профессор поднял палец вверх. – И внесем потом эти расходы в мое командировочное удостоверение. На вертолете мы точно обгоним криомедиков, чтоб они были живы и здоровы!

Палеонтолог захихикал, довольный своей идеей, и скосил глаза на академика Защокина, о чем-то живо беседовавшего со своей свитой в противоположном углу зала.

Он провел пальцем по карте.

– То есть станция располагается вдали от населенных пунктов, примерно на равном расстоянии от Сочи, Туапсе и Майкопа, – бормотал Игорь Георгиевич, склоняясь над листом. – Но и от Краснодара тоже недалеко!

Он повернулся к Бубнову.

– Дмитрий, сходите, пожалуйста, в кассу, и выясните, когда ближайший рейс на Краснодар, – обратился профессор к аспиранту, продолжавшему поглаживать мифически пострадавшую ногу и притворно морщиться от боли.

– Пусть он посидит, – вмешалась Филимонова, – схожу я. И давайте на всякий случай ваши документы.

Она встала и пошла к кассам, краем глаза заметив, что академик Защокин и его коллеги, со всех сторон облепившие научное криомедицинское светило, пришли в состояние крайнего возбуждения.

«Как бы они не пришли к тому же мнению, что и мы», – подумала Марьяна, подходя к окошечку. Через несколько минут миловидная девушка, одетая в форму, сообщила Филимоновой, что билетов в Краснодар нет. В Анапу – тоже нет. А в Сочи – тем более.

– Ну что вы, дорогая, – сказала кассирша, – сейчас на юг улететь невозможно, лето ведь! Тем более, как я поняла, вам надо улететь быстро, а аэропорты Анапы и Сочи сейчас закрыты из-за грозы, и метеорологи высказывают опасения, что плохая погода может затянуться.

Марьяна схватилась за голову. Девушка еще несколько раз нажала на клавиши компьютера.

– В принципе, – сказала она после паузы, – если вам уж так нужно в Краснодар, вы можете лететь через Санкт-Петербург, через Вену или через Новосибирск. А еще надежнее и проще вам будет добраться до места назначения по маршруту Москва – Мюнхен – Вена – Краснодар, так как на прямой рейс в Вену остались билеты только первого класса, да и то всего несколько штук. А в Мюнхен билеты есть. И из Мюнхена в Вену – тоже.

Марьяна облизала высохшие губы.

– Сколько займет перелет? – спросила она кассиршу.

– Через Мюнхен и Вену – почти одиннадцать часов. Просто через Вену – шесть.

– Давайте через Вену, – сказала доцент Филимонова, – вы сказали, остался только первый класс? Хорошо.

Она протянула документы и золотую кредитную карточку Visa, причем карточку девушка старательно прикрывала рукой, чтобы никто не увидел вызывающего блеска золота. Такую карту могли иметь только очень богатые люди, а доцент Филимонова не хотела, чтобы знакомые и коллеги задавали ей лишние вопросы.

Директор медленно приходила в себя. Она с трудом села на пол, глядя на труп бессмысленными глазами.

– Как это случилось? – спросила она. – Неужели Валерий вышел на улицу, подошел к краю обрыва и соскользнул вниз? Как же он мог быть столь неосторожным?

Виктория, к тому моменту уже справившаяся со своими эмоциями, подошла к телу и усилием воли заставила себя посмотреть на мертвое лицо. Глаза трупа смотрели в потолок. На лице застыло слегка удивленное выражение. На затылке виднелась обширная рана, окруженная запекшейся кровью.