…Утром меня снова разбудил муэдзин.

За 14 дней жизни в Стамбуле и Анкаре я не видел на улицах этих городов ни одного скандального пьяного человека.

Но это не значит, конечно, что Турция страна убежденных трезвенников. О нет, турки любят выпить и пьют не меньше обитателей других стран европейских и азиатских. Но они знают меру и, как правило, умеют вовремя остановиться на той опасной черте, перейдя которую выпивающий человек превращается в не владеющего собой скота.

Посиживая с друзьями — турецкими писателями — в очаровательных ресторанчиках на берегу Босфора или в горах под Анкарой и потягивая разбавленную минеральной водой раки [1] , мы много говорили о пьянстве и пьяницах. Мои гостеприимные хозяева не раз называли при этом имя полулегендарного султана Мурата — страстного борца с пьянством и пьяницами. Султан Мурат был человеком простым и прямым и боролся с пьяницами так же просто: уличенным в пьянстве по его указу отрубали голову. Лишенный вместе с головой такой необходимой для питья детали, как рот, человек выбывал из поголовья пьяниц навеки, а почтительные придворные статистики докладывали потом султану Мурату, что пьянство, слава аллаху, в стране идет на убыль.

Мурат в одежде простолюдина любил сам выслеживать пьяниц на улицах Стамбула, попадая при этом в комические положения.

Вот три шуточных рассказа про султана Мурата и пьяниц. Мне рассказали их мои турецкие друзья.

Я передаю эти историйки так, как я их запомнил.

Сыщики доложили Мурату, что некий лодочник — перевозчик через Босфор — торгует вином. Он подносит своим клиентам стаканчик-другой винца на середине пролива и уж обязательно выпивает с ними, доплыв до противоположного берега.

Султан Мурат надел свой затрапезный халат, обвязал голову драной чалмой и отправился на берег Босфора, в то место, где, как доложили ему сыщики, держал свою лодку на причале этот перевозчик.

Он легко нашел старика перевозчика, договорился с ним о переправе через Босфор, и они поплыли.

Когда лодка была на середине Босфора, старик бросил грести и, подмигнув султану Мурату, сказал шепотом:

— Хочешь выпить стаканчик?

— Не прочь! — сказал Мурат.

Перевозчик назвал цену. Мурат достал из кармана монету и подал старику.

Вино оказалось отличным. Облизав губы и держа в руке пустой стакан, султан Мурат сказал:

— А ты не боишься торговать вином, старина? Вдруг султан Мурат узнает, чем ты тут занимаешься. Смотри, как бы тебе головы не лишиться!

— Как султан Мурат может узнать, чем занимается бедный лодочник на середине Босфора?!

— У него много сыщиков. Вдруг я главный сыщик самого султана?

Лодочник внимательно оглядел Мурата с головы до ног и усмехнулся.

— Ты, парень, я вижу, хочешь выпить еще стаканчик? Выпей, так и быть, я тебе сделаю скидку. И даже сам выпью с тобой.

Лодочник налил два стакана, Мурат дал ему монету меньшего достоинства, они чокнулись и выпили.

Старик задвинул бутыль с вином под лавку и взялся за весла.

Когда они были почти у самого азиатского берега Босфора, султан Мурат не выдержал и сказал, с трудом сдерживая гнев:

— А что будет, если я признаюсь тебе, что я и есть сам султан Мурат?

Старик, не бросая весел, ответил, сплюнув за борт:

— Что будет? Да ничего не будет, кроме того, что я тебе больше не дам ни стаканчика. Потому что если ты еще выпьешь, то скажешь, что ты сам аллах!..

Султан Мурат узнал от своих сыщиков, что в одном трактире на европейском берегу Босфора трактирщик, нарушая закон, подает на столы своим гостям вино и даже сам пьет вместе с ними. Султан принял обличие простолюдина и отправился в этот трактир.

Собственными глазами он убедился в том, что сыщики и на этот раз его не подвели. За столами в трактире сидели пьяные люди, они громко разговаривали, пели песни, и трактирщик, подсаживаясь к ним, пил и пел вместе с ними.

Султан Мурат сел за свободный столик, подозвал трактирщика и заказал ему кувшин вина. Тот принес, подсел к Мурату, и они выпили по стаканчику.

Трактирщик сказал:

— Твое лицо мне очень знакомо. Не встречались ли мы с тобой у стены дервишей за молитвой?

— Я молюсь в другом месте! — ответил Мурат, глядя на трактирщика в упор.

Трактирщик, предчувствуя недоброе, сказал:

— Знаешь… ты очень смахиваешь лицом на султана Мурата!..

— А я и есть султан Мурат! — сказал повелитель и поднялся на ноги, неумолимый и грозный. — Клянусь аллахом, что завтра тебе отрубят голову. Ты знаешь, за что!..