– Боже Правый! – ору я. – Какого хрена?

Ее лицо раскраснелось. Она вздергивает бровь.

– Нет? – Патриция смеется. – Сомневаюсь, что ты действительно подразумеваешь отказ, Мэдок.

Мне хочется ее ударить. На самом деле, я хочу размазать ее по стене, стереть ее с лица земли. Но более того хочу, чтобы она ушла отсюда.

– Вон, – распоряжаюсь я.

Патриция подходит к дивану, ухмыляясь, и ложится. С поднятыми над головой руками она выглядит отвратительно.

– Заставь меня, – говорит она с вызовом. – Только тебе придется ко мне прикоснуться, чтобы это сделать.

Смотрю на нее. Патриция лежит на том же месте, где лежала Фэллон, когда я видел ее в последний раз. Одну руку она до сих пор держит над головой – подобный образ мне бы не хотелось сохранить в памяти.

Нацепив маску безразличия, тихо говорю:

– Уезжай завтра же, иначе я расскажу отцу о твоих выходках.

Я в любом случае должен ему рассказать.

Но, возможно, я не настроен защищать отца. Может, я хочу, чтобы он страдал в этом браке. Может, я ненавижу его за то, что он привел в наш дом этих двух стерв.

А может, я боюсь потерять Фэллон навсегда, если избавлюсь от Патриции.

Не знаю.

Оставив ее одну, выхожу из комнаты, достаю свой сотовый.

'Ты не спишь?' – набираю смс, но сразу иду к машине, не дожидаясь ответа.

Телефон вибрирует.

'Я в постели. Тебе придется приехать ко мне.'

Качаю головой, прекрасно зная, что это не проблема. Мне нужно выпустить пар. У нас с Джесс Каллен, капитаном команды по кроссу, завязалась дружба с привилегиями. Обожаю ее. Не в прямом смысле люблю, но я ее уважаю. К тому же она хорошая девчонка.

Пишу ответ: 'Буду через десять минут.'

'До скорой встречи.'

Я ушел, и больше ноги моей не было в домашнем кинотеатре. До сегодняшнего вечера. Не раз я подумывал спалить гребанный диван, уничтоженный мерзостью этой женщины. Только после того случая Патриция отправилась в продолжительное путешествие; я не виделся с ней до вчерашнего утра, когда она угрожала забрать у меня Фэллон.

Увидев ее записку, я не обрадовался, как она рассчитывала, а испустил мученический стон. Мне не хотелось находиться в кинотеатре. И я уж точно чертовски не хотел, чтобы там находилась Фэллон.

Кто знает, какова будет ее реакция, если расскажу ей правду? Эта информация совершенно не важна, однако я не собирался рисковать и позволить какой-нибудь ерунде опять разрушить наше счастье.

Отнеся Фэллон в постель, я наклонился и поцеловал ее волосы. Она, наряду со мной, видела – наши родители жили так, как нам не хотелось жить. К счастью, благодаря такому примеру, мы ощущали, что уже повторили их ошибки. Теперь мы понимали, чего хотели.

Хоть я и знал, что Фэллон сильная, все равно ощущал потребность защитить ее, обеспечить всем.

Никто и ничто нас не остановит.

***

В течение следующих двух дней мы улаживали дела в Чикаго. Фэллон ходила на занятия, а я собирал документы, необходимые для перевода из одного колледжа в другой. По ночам, если у нее не было домашних заданий, мы подыскивали квартиру через интернет.

Фэллон пыталась связаться со своим отцом, чтобы рассказать ему о нашей свадьбе. Но, когда она вышла на одного из его людей, тот сказал, что Киаран в данный момент "недоступен".

Иными словами – его, скорее всего, задержали для допроса. Никто не мог оказаться "недоступен" в двадцать первом веке, только если у тебя сотовый не конфисковали.

– Дэниел, – сказала Фэллон подручному Киарана, с которым беседовала по телефону, – если до завтра я не получу вестей от папы, то сама пойду в полицию. Мне, по меньшей мере, надо знать, что он не мертв.

Был вечер четверга. Она сидела на диване в квартире Джареда, а мы с Тэйт только вернулись с пробежки. Обычно Фэллон составляла нам компанию, однако сегодня она решила остаться, чтобы сделать необходимые звонки.

Джаред до сих пор проходил учения в КВПОР. Он проявил несказанную любезность, позволив нам с Фэллон пожить в его квартире на этой неделе.