– Чушь собачья. – говорит Донлон. – Дерьмо ты со своим пацификом. Вот нахрена ты его нацепил? Ты сейчас здесь, как и все, и не лучше нас.

– Послушай, – говорю я, стараясь не сорваться. – Может, я и позволю Корпусу меня трахнуть, но жопу раздвигать для него не буду.

Зверодер меня обрывает:

– Слабак ты, у тебя и волосья-то на яйцах не выросли.

У меня начинают дрожать губы.

– О'кей, Зверодер, жрал бы ты арахис из моего дерьма. Не я сочинил весь этот фарс, я всего лишь пытаюсь свою роль до конца доиграть. Не повезло вот, приходится на сцене ходить во всем зеленом, но война должна продолжаться. Если бы бог действительно хотел, чтоб я родился морпехом, я и бы был сейчас с зеленой кожей, и висела бы она на мне свободно. Понял?

Никто не говорит ни слова.

– Я всего лишь собака, капрал. Я никого не посылаю туда, где его на куски разорвет. Я знаю, что гибнуть здесь – бесполезная трата времени.

Поднимаюсь на ноги и делаю три шага к Зверодеру.

– Хочешь – будь бравым воином, Зверодер. Приказы отдавай. – делаю еще один шаг. – А я не собираюсь!

Никто не говорит ни слова.

Наконец салага негромко произносит: «Ставлю доллар».

Зверодер смотрит на меня, потом начинает бросать фишки на кон, одну за другой.

– Отвечаю... Повышаю... – Считает в уме, считает. – На пять баксов.

Салага прикидывает.

– Отвечаю.

– Господи Иисусе! – Зверодер с силой шлепает картами, так, что они гнутся. – Намбa тен! У меня нет нихрена.

Салага говорит: «Три вальта». Помахав картами, сгребает фишки с кона.

– Ну, Звер, – говорит со смехом Донлон. – как он тебя сделал!

Алиса подхватывает:

– Запугал ты салагу своим блефом, запугал.

Я говорю:

– Повезет в любви, повезет в любви – правду говорят, Звер?

Звер пытается сохранить лицо.

– Да не мог я пасовать! У меня на кону больше четырех баксов было. Я думал – салага спасует. Обычно-то меня боятся...

Донлон снова смеется.

– Кондиционная у тебя программа, салага. Как зовут-то тебя?

– Паркер, – отвечает с улыбкой салага. – Фамилия Паркер. Зовут Генри. Можно Хэнк.

Салага считает фишки.

– Зверодер, с тебя девять с половиной баксов.

Зверодер крякает.

Я говорю, все еще на ногах:

– Повезет в любви, повезет в любви – правду говорят, Звер?

– Джокер, мать твою, тебя кто спрашивает? С приколами своими – служака вылитый.

– Вот как? Ну ладно, вот когда я стану рядовым гражданским первого класса, а ты будешь сранни-ганни, я тебе пива поставлю, а потом пошлю куда положено.

Я присаживаюсь.

Ковбой ухмыляется:

– Можешь и мне поставить, Джокер. Только подождать придется, пока мне двадцать один год не стукнет.

Кто-то очень громко ржет дальше по тропе. Я говорю:

– Эй вы там, отставить шум! В этом взводе шуметь только мне положено.

Младший капрал Статтен, командир первой огневой группы, показывает мне средний палец. Затем поворачивается к тому, кто смеялся – худосочному деревенщине Харрису – и говорит:

– Заткнись нахрен, Хэррис.

Зверодер добавляет:

– Ага, Хэррис, слушайся генерала Джокера.

Я говорю:

– Я готов заняться твоим воспитанием, сраная ты обезьяна...

– Ну так хапни обезьяньего дерьма и подавись, крыса. – Зверодер сплевывает. – Слабак ты, чтобы -

Меня подбрасывает на ноги, в руке – боевой нож. На губах кипит слюна, и я держу здоровенный нож в паре дюймов от лица Зверодера. Я оскаливаюсь, как зверь.

– Ну давай, сукин сын, сейчас я тебе глаза вырежу...

Зверодер смотрит на меня, на клинок ножа, на Ковбоя. Тянется рукой к своему M-60.

Ковбой продолжает жевать.

– Прибери-ка свой свинорез, Джокер. Ты знаешь, как я к этой херне отношусь. Расставь задницу с башкой по местам или -

– Нет, Ковбой. Хрен там. Он меня уже -

Ковбой поправляет очки.

– Я на роль командира отделения в этой ссаной войне не напрашивался... но я тебе хребет обломаю, если ты в такую игру решил...

Донлон присвистывает.

– У Ковбоя -

Ковбой обрывает:

– Донлон, заткнись.

Меня немного отпускает и я вкладываю нож обратно в кожаные ножны.

– Ладно, ладно, у меня, похоже, от всего этого топанья словесный понос разыгрался.

Ковбой пожимает плечами.

– Все ништяк, Джокер.

Ковбой поднимается.

– Ну, дамочки, собирайте свою хавку. Давайте-ка по коням. Выдвигаемся.

– Выдвигаемся. – передается назад по тропе.

Влезаю обратно в сбрую.