Шрифт:
Придорогин относился к Никитину (его «он любовно называл Савкой) по-братски,
его оценки поэзии и житейских поступков младшего друга колебались от неудержимых
восклицаний до приятельской ругаци. Рядом с шумным Придорогиным сдержанный
'Никитин оттаивал душой, забывался от притупляющей жизненной суеты. i
Среди никитинских знакомых по-своему ^замечательной личностью был и купец
Михаил Борисович Тулинов, оставивший торговлю и одним из первых в Воронеже
серьезно занявшийся фотографией. В 1857 г. он переехал в Петербург, где получил
звание худож-ника и был главным помощником популярного тогда фотографа Деньера;
В столице близко сошелся со своим земляком живописцем И. Н. Крамским,
написавшим портрет своего друга.
10
Еще один член второвского кружка — Михаил Федорович де Пуле, человек
неприхотливый и мягкий, деятельный литератор-публицист. У сына тамбовского
дворянина, штабс-капитана Федора Карловича де Пуле карьера была тернистой и
негромкой. Окончив в 1848 г. словесный факультет Харьковского университета, он
служил «учителем ЗтГО рода» в Воронежском кадетском корпусе, преподавал русский
язык, историю и другие предметы. Слыл хорошим лингвистом; в 1850 г. де Пуле
преподнес будущему царю Александру II составленную им сравнительную грамматику
для военно-учебных заведений, за что был награжден золотыми часами.
В. бумагах де Пуле сохранились переписанные им воль-' нолюбивые стихи
Пушкина, Рылеева, Лермонтова, собственноручные заметки «опасного» содержания.
Увлечения молодости не остыли. В кадетском корпусе он сблизился со своим
начальником, либеральным, генералом А. Д. Винтуло-вым, водившим когда-то
знакомство с декабристами. В библиотеке генерала доверенные лица, в том числе и де
Пуле, пользовались «даже вещами запрещенными, каковы тогда были все сочинения
Рылеева и его «Полярная звезда». Однако позже де Пуле печально прославится
нападками на Белинского, резкими выступлениями в «Русском вестнике» Каткова,
скандальной книгой^ об А. В. Кольцове. "Но, подчеркиваем, все это будет потом, а в
пору сближения с Никитиным в 1856 г. Михаил Федорович подкупающе открыт для
дружбы. «Он был, — вспоминал о де Пуле член второвского товарищества художник С.
П. Павлов, — благожелателен к Никитину, но, так.сказать, поэтом дорожил как своей
редкой находкой. Порой эта опека была тяжела».
Поначалу эта сложная внутренняя связь заметно не обнаруживалась. Так же как еще
не проявилась она и в отношениях Никитина с искренним почитателем его таланта
Александром Петровичем Нардштейном, по службе инженер-полковником, по душе
книжником и библиофилом, непреклонным сторонником «искусства для искусства».
Ему Никитин во многом обязан своей первой известностью, знакомством с новыми для
него людьми, в частности, семейством помещика В. И. Плотникова, в доме которого
поэт находил так нехватавшие ему уют и спокойствие.
И наконец, в числе второвского сообщества упомянем> писца местной казенной
палаты, а потом секретаря городской думы.Ивана Ивановича Зиновьева, бедняка-
самоучку, увлеченного сочинителя, сотрудничавшего в газетах и журналах, инициатора
ряда полезных культурных начинаний.
Здесь названы не все участники второвского кружка, а лишь те, кто стоял ближе к
Никитину. «Ближе» не в смысле идейной позиции, а в смысле пересечения житейских
судеб.
по пути некрасова
Когда Второв и его друзья «открыли» Никитина, в его заветных тетрадках было
около 70 «пиес». Самые ранние стйхотворени5г-датируются 1849 г. Все, что написал он
до своего 25-летия, очевидно, уничтожил — известна его требовательность к своим
поэтическим первенцам, о. чем говорят его переполненные сомнениями письма 1854—
1855 гг.
Творческое рождение Никитина происходило в самую «непоэтическую» эпоху 40-х
годов, в пору «николаевского удушья» с его пессимизмом, мотивами отчаяния и
хандры. Именно такими настроениями проникнуты произведения тех лет Н. П.
Огарева, А. Н. Плещеева, А. А. Григорьева и Других.
К концу этого периода романтическое платье поэзии порядком поизносилось. В. Г
Белинский, откликаясь ца стихотворение Н. А. Некрасова «В дороге», замечал: «Это —