Шрифт:
– Илья Александрович, принимай командование флотом.
– Есть принять командование. – Он кивнул, переключил на себя «Мастера» и спросил: – А ты куда?
– Мне нужен вражеский командующий. Очень хочется узнать, почему Ноймарк сбежал.
– Понимаю тебя. А погоню за «Розалиндой» пошлешь?
– Обязательно. Но не своих «аргонавтов», а кого не жалко.
– Пиратов.
– Да.
– Одобряю.
Васильев кивнул и сосредоточился на управлении флотом, а я покинул ходовой мостик и, прихватив с собой Ломова, бегом направился к десантному боту.
Глава 18
Вражеского командующего взять не удалось. Его звали Торфин Агостин, он имел титул графа, присвоенный ему лично Орландо Таги, и погиб на своем корабле, дальнем рейдере «Канопус». Зато уцелели его заместители и друзья, которые попали в плен и после короткой беседы с Ломовым рассказали все, о чем знали или только догадывались. Заметьте – без применения психотропных препаратов, полнейшая искренность только за счет физического воздействия. Так что картину происходящих событий со стороны противника я восстановил уже через пару часов.
Флот тофферов вышел в точку сосредоточения десять суток назад, соединился с остатками отряда под командованием Ноймарка и начал готовить базу. А попутно наемники Таги стали решать, куда и какими силами ударить, дабы причинить империи наибольший урон. Кажется, дело простое. По крайней мере, для меня. Собрал данные, обработал, составил план, обсудил его с близкими людьми и послал корабли в бой. Но у тофферов все сложнее. Они очень редко работали крупными соединениями, и командующий был выборным. Первым среди равных. Поэтому взаимодействие было отлажено очень плохо. Каждый экипаж хотел свободы, чтобы не делиться добычей с «друзьями», и это вызывало споры. А помимо Агостина в составе флота находились представители верховного босса и заказчика, гвардейцы Орландо Таги, и они тоже имели право голоса.
В итоге – разброд и шатания. Бесконечные переговоры и совещания, которые отнимали драгоценное время. И флот разделился на четыре части. Первая, самая большая, подчинялась Агостину беспрекословно и могла выполнять его приказы. Вторая была представлена несколькими авторитетными капитанами, ратующими за свободный поиск. Третья состояла из ремонтников, тыловиков и командиров наземного гарнизона, которые оставались на базе и хотели только одного – получать долю от добычи. А четвертая, самая небольшая группа, сплотилась вокруг Ноймарка. Его хотели судить и повесить по законам вольного братства за бегство с поля боя. Однако хитрый Обадия выкрутился. Непонятно по какой причине за него заступились гвардейцы и советник Гурия Таги, любимого сына правителя Центральных миров. Поэтому Ноймарка не тронули, но из доверия он вышел и держался обособленно.
Спорили тофферы долго, и, когда приняли решение хотя бы заминировать точки гиперперехода, нежданно-негаданно появились мы. Агостин приказал занять оборонительную позицию, а советник Гурия Таги достопочтенный Бартоломью Эшенбах и Обадия Ноймарк сбежали. Наверняка они присоединятся к флоту вторжения в СКМ, а виновным в поражении объявят Агостина. Так что опять проклятый и ненавистный Ноймарк уцелел…
– Привет, Тор.
В офицерский салон ремонтной базы «Марика», которая была захвачена десантниками с «Вестгота» и стала моим временным командным пунктом, вошел улыбающийся Жан Маклир. Несмотря на серьезные потери, он был доволен и пришел делить трофеи. Это понятно, и я указал ему на кресло напротив:
– Привет, Жан. Присаживайся.
Маклир подошел к бару, по-хозяйски вскрыл бутылку вина и налил себе полный фужер. Только после этого президент республики расположился в удобном кресле и спросил:
– Ты чего такой хмурый?
– Есть причины…
– Недоволен, что Ноймарк сбежал?
– Да.
– Мой тебе совет. Плюнь и разотри. От возмездия этот пройдоха не уйдет. Еще встретитесь.
– Обязательно встретимся.
Жан покачал головой:
– Не нравится мне твой настрой, Тор. И скажу сразу. Никаких новых авантюр, пока мы не доберемся до Гектора.
– Военную планету тебе могут мои «аргонавты» показать.
– Нет. Мы договаривались о совместном походе. И уговор, как известно, дороже денег. Тем более что он зафиксирован на бумаге, нотариально заверен и скреплен печатями. Поэтому с продолжением погони тебе придется обождать.
Я махнул рукой:
– Согласен.
– Вот это уже другой разговор. – Маклир усмехнулся и продолжил: – Предлагаю разделить трофеи. Прямо здесь и прямо сейчас. Чтобы не было потом разногласий и трений.
– Делим, как договаривались?
– Разумеется. По тоннажу и огневой мощи. Тебе тридцать процентов от добычи. Мне шестьдесят. А остальные десять Кроуфорду.
– Тогда смотри. – Я переслал на его коммуникатор файл, который мне только что прибыл от Васильева. – Кое-какие прикидки уже сделаны.
– Ну-ка, ну-ка…
Президент занялся предварительными расчетами и начал делать собственные. А мне это было неинтересно – ведь и так все понятно.
Металлолом, битые корабли, осматриваем и оставляем. Причем на каждый битый корпус боевого судна тофферов будет установлен маячок, и позже в эту дикую систему придет флот буксировщиков. Не знаю, как Маклир, а свой металлолом я продам семейству Маркиных, им такое барахло пригодится на корабельных верфях Руха. Что-то демонтируют и выставят на торги, что-то отправят на переплавку, а целые куски кораблей годны на запчасти. Не суть важно. Главное, что битые корабли пойдут в зачет ремонта моих боевых единиц. Этого должно хватить на оплату всех услуг. Благо в эскадре «Арго» серьезно пострадал только «Иоганн Красс», и небольшие повреждения получил «Вандал», а все остальные потери – в полку аэрокосмических аппаратов.