Слушая рассуждения Айрунга, Олег не скрывал неудовольствия. И откуда такое увлечение проклятым сородичем, проглоти его Темный Оррис?!

– Надеюсь, эту его выходку без внимания не оставят. При таком количестве убитых ему прямая дорога в военные преступники, а там и до суда под патронажем Объединенного Протектората недалеко! – наконец с чувством сказал он.

И заработал недоуменный взгляд Наставника.

– Какой еще военный преступник?! – воскликнул он. – Кайфат мирный город со всеми жителями под нож пустил и в жертву Спящим принес? Или смертельную эпидемию устроил? А может, на досуге увлекся пытками и убийствами уважаемых граждан Протектората? Олег, очнись. У него там война, а на войне убивают. Тем более что убивает он сардуорских варваров, дикарей и недочеловеков, предки которых виновны по крайней мере в нескольких катастрофах мирового уровня. Цивилизованному миру на них плевать. Главное, чтобы не применялась Запретная магия, не ущемлялись права стран – участниц Протектората и не появился кто-то вроде нового Кии’л’дорега или местного Гур’Арраша… Еще никто не позволит кроить карту Сардуора и строить там новую империю, за такое в момент снимут голову. В остальном местные корольки – при соблюдении хотя бы видимости приличий – вольны делать все, что хотят.

– Так Запретную магию он применял! – раздраженно сказал Олег. Доводы Айрунга ему не понравились.

– Ты не читал циркуляра, который выпустила Ложа Магов? В битве с Харном Западный Кайен не применял никаких запретных чар. Там присутствовал наш наблюдатель и ничего не нашел. Были слабые отголоски Древней магии, но ею там кое-где даже воздух пропитан, так что это не показатель, – с чувством ответил Айрунг. – Пойми, твой хитроумный сородич чист перед законом. – Заметив, что Олег собрался возразить, он предостерегающе поднял руку. – Стоп, стоп… Я знаю про прежние его грешки, со времен борьбы за трон. Но из-за его непримиримой борьбы с культистами этот грех ему простили… До поры.

Олег мысленно помянул мархуза. Так и хотелось сказать все, что он думает о соседстве «непримиримой» борьбы с призывом в реальный мир могущественного демона из пантеона культистов, да жаль, нельзя.

– То есть хфургову сыну ничего не будет? – спросил он вместо этого.

– Да, – развел руками Айрунг. – Говорят, правда, Объединенный Протекторат направляет к нему группу проверяющих, которые попробуют чего-нибудь нарыть, но я, если честно, в успех их миссии не верю. Слишком битый мужик этот К’ирсан, чтобы позволить себя поймать. – Внезапно он посерьезнел. – Меня другое интересует. Например, почему ты не спрашиваешь, откуда у Харна появились наши старые сферы Птоломея?

Олег, который сосредоточился на своей неприязни, с удивлением понял, что не знает ответа. А ведь и вправду – откуда?! На Сардуор поставляются только малые корабельные сферы, и не более того!

– Вот, не знаешь, – с удовольствием протянул Айрунг. – А ответ найти очень просто. Достаточно вспомнить о «сделке века», о которой писали газеты в прошлом году, и посмотреть, кто громче всех среди наших союзников кричал о необходимости дружить со странами Сардуора, «идущими по пути прогресса».

– Ты о продаже нашего устаревшего вооружения членам Объединенного Протектората и тех дипломатических танцах, что устроил Зелод вокруг делегаций Харна и Заурама? – медленно спросил Олег.

– Именно, – сказал Айрунг, щелкнув пальцами.

– Но зачем Гелиду Рансу вооружать против Кайфата Харн? В чем выгода? – удивился Олег. Немного подумал и с досадой на собственную недогадливость бухнул: – Ну конечно, эльфы!

– Правильно. За всеми решениями короля Зелода сегодня стоят длинноухие ублюдки, и именно им больше всех нужен проигрыш К’ирсана Кайфата, их Врага Леса, – наслаждаясь каждым словом, сказал Айрунг. – Ну как, все так же желаешь своему сородичу неудач?

Олег от злости заскрипел зубами. Логика Наставника была непрошибаемой, а значит, человек, призвавший в мир величайшее зло, снова уйдет от наказания. Потому как справедливость справедливостью, но, если кто-то мешает Перворожденным человеконенавистникам, ему остается лишь пожелать бороться до конца и как можно сильней насолить обитателям Маллореана.

– Пожалуй, нет, – буркнул он. – Но если все так серьезно, то почему Нолд не вмешался, когда стало известно о передаче Харну артефактов? Не верю, что разведка проспала, а значит, мы тоже поддержали сделку?

– Мы? – Айрунг поднял бровь. – Внешней политикой у нас занимается Архимаг. Льер Бримс лишь предоставляет главе республики нужные инструменты, окончательное решение принимает льер Виттор.

Ответ Айрунга прозвучал настолько двусмысленно, что Олег моментально забыл мархузова К’ирсана и впился изучающим взглядом в лицо бывшего Наставника.

– А разве Магистр Наказующих и Архимаг не… в одной упряжке? – спросил он предельно осторожно. От слов Айрунга так и несло грязными интригами, а с ними следовало держать ухо востро. Иначе влезешь куда не следовало да и сгинешь. И никакие заслуги не спасут.

– В одной, конечно, в одной… Вот только разве льер Бримс не рассматривает К’ирсана Кайфата как полезную в его раскладах фигуру? И разве стал бы он им рисковать, игнорируя излишнее усиление врагов короля Западного Кайена?

– Ну да, что-то в этом есть, – произнес Олег задумчиво. – Три года этого мерзавца не трогали, и сейчас вряд ли что-то изменилось. – Поморщившись, точно съев кислый друл, он осторожно спросил: – Но если все так, как ты говоришь, если льер Бримс и льер Виттор ведут каждый свою игру… Значит… в верхах раскол?!