Следующее, что я помню — это жуткий крик мёртвой птицы, который раздавался где–то рядом. Потом внезапная тишина и изменение температуры. Меня больше не несли, я была где–то в помещении. Я лежала на кровати и кто–то склонился надо мной. В поле зрения попало обеспокоенное лицо Агнессы Сауэрбатс.

Я чувствовала, что моя голова поднимается. И вдруг рот наполнился мерзкой на вкус жидкостью. Немного проглотила и меня чуть не вырвало. Хотелось выплюнуть остальное, но я боролась с этими позывами. Агнесса пыталась помочь мне. Она была моей единственной надеждой выжить. Так что я заставила себя глотать снова и снова. Через некоторое время медленно разлилось тепло из желудка к конечностям. Мне стало лучше. Я думаю, что некоторое время поспала.

Но затем, я снова проснулась, тело ломало болью. Острые приступы в груди, каждый вдох — словно кинжал пронзал сердце. Мои конечности пульсировали, чувствовала как–будто они наливаются свинцом. Какое бы зелье ни давала мне Агнесса, оно не работало долго. Я открыла глаза, но ничего не видела. Было темно. Яд лишил меня зрения?

Потом я услышала голос Агнессы: — Яд слишком сильный. Она умирает. Мне очень жаль, но больше я не могу ничего сделать.

Кровь, кости и магический фамильяр работают для большинства ведьм, но не только старые способы путь к силе. Нет ничего плохого в традициях, но я отзывчива и гибка. Я Грималкин.

— Пожалуйста, пожалуйста, попробуй еще, — я слышала просьбу Торн. — Она всё еще борется, всё ещё сильна. Грималкин заслуживает ещё один шанс.

Я старалась не заснуть, но в конце концов снова потеряла сознание, медленно погружаясь в более тёмный, глубокий сон, чем когда–либо раньше.

Была ли это смерть? Если это так — Торн осталась одна. Как долго она будет в состоянии держать голову Дьявола вдали от его сторонников? Я рассказала ей немного о моём союзе с Алисой Дин, Томом Уордом и Джоном Грегори. Поймёт ли она, что нужно пойти к ним и там искать помощь?

Я пыталась докричаться до Торн, чтобы скачать что нужно делать, но не могла говорить. Я оказалась в ловушке глубоко внутри моего тела, вынуждена терпеть боль, которая все время усиливается.

Я не собиралась оставаться лежать здесь в муках, в то время как тело медленно теряло свою власть над жизнью. Был способ спастись. Я могла выйти из тела, чтобы встретить свою смерть. Я имела некоторый навык в искусстве магии шаманов.

Большинство ведьм Пендла глубоко консервативны в своих привычках: в раннем возрасте они проходят проверку в клане, чтобы определить, к какому типу тёмной магии — крови, костяной или магии фамильяров — они имеют склонность. Они никогда не думали, чтобы выйти за рамки этих вариантов. Но я другая. Мой ум гибкий и открыт для альтернативы. Я охотно изучаю новые вещи.

Может быть потому, что во время своей жизни в качестве ведьмы убийцы я много путешествовала и сталкивалась с другими культурами и способами использования темной магии. Одной из таких встреч была встреча с румынской ведьмой, которая жила в северо–восточной части графства. Именно она научила меня кое–чему из шаманства.

Конечно, можно потратить всю жизнь изучая секреты и практиковать это ремесло. Я всего лишь несколько месяцев посвятила этому, так что сосредоточена была только на одном аспекте — умении проектировать душу вне тела.

Это действие несёт определённый риск. Один практикующий маг спроектировал свою душу в тьму и был поглощен демоном. Также вы можете не найти обратный путь в тело. По этой причине, я пользовалась этим умение редко, и с большой осторожностью.

Какое это имеет значение сейчас? Я умираю. Туманы лимба окутали бы меня достаточно быстро вне зависимости того оставила ли я своё тело или нет. По крайней мере, я могла бы снова видеть — некоторым образом.

Процесс, как правило, включает в себя несколько ключевых слов произнесённых с определенной интонацией, но не менее важным моментом будет возвращение.

Я потеряла контроль над своим телом и не могла даже пошевелить губами, чтобы произнести слова заклинания. Моего желания, движимого отчаянием, оказалось достаточно. Через несколько мгновений я плыла в нескольких футах над кроватью, на которой лежало моё тело. Торн сидела в кресле, обхватив голову руками, кожаный мешок был рядом. Свечи мерцали на столике рядом с ней.

Я посмотрела на своё усталое лицо: рот открыт, чтобы делать быстрые неглубокие вдохи. Я никогда не думала, что всё так закончится. Это не кажется правильным. Грималкин не должна была умереть в тёплой постели — она должна встретили свой конец в бою, как воин. Но, подумав, я поняла, что так оно и получилось. Кретч убил меня. Царапины от его отравленных когтей стали моментом моего поражения — началом моей смерти.

Я поплыла и прошла сквозь закрытую дверь. Я была не более, чем небольшим светящимся шаром света, невидимым для большинства людей. Сильные ведьмы и ведьмаки могли бы увидеть меня, но только в очень темном месте. Даже свет свечи делал меня почти невидимой.