Мёртвые ведьмы обычно не вооружаются таким образом. Их экстремальная сила, когти и зубы уже достаточное оружие.

Вдруг я узнала её и всё прояснилось. Это была Игла, одна из моих предшественниц — ведьма–убийца, побеждённая Кернольд. Такая сестра по клану могла быть союзницей, но враждебный взгляд оставшегося глаза говорил иначе. Он был наполнен безумием.

— Вы перешли границу! — прошипела Игла. — Я правлю здесь. Это место мёртвых, а не живых. Ты пришла бросить мне вызов, Грималкин?

— Почему живая должна вызывать мёртвую? — спросила я. — Твоё время закончилось. Кернольд победила тебя, а я её. Однажды придёт и моё время и я займу своё место здесь среди вас. Мы должны быть союзниками. Приближается опасный противник.

— Кернольд пользовалась обманом. Она использовала мёртвых в своих делах. Если бы она боролась честно, я бы победила её, и со временем ты бы тоже умерла в моих руках. Так давай проверим сейчас. Давай драться — только мы вдвоём!

— Сначала помоги мне победить моих врагов, — сказала я.

— Что ты говоришь? Кто твои враги?

— Они — сторонники Дьявола. Им нужно то, что у меня в этом мешке.

Я развязала мешок, вынула голову Дьявола и показала Игле.

Она улыбнулась и кости её черепа блестели в лунном свете. — У меня нет любви к Дьяволу, — сказала она. — Но я не буду заботиться о вас! Они называют тебя величайшей из убийц клана Малкин. Это ложь!

Я вернула голову в мешок и едва приготовилась завязать его, когда сверкнуло безумие в оставшемся глазе Иглы и она побежала на меня, наставив копье в моего сердце.

Я бросила мешок и голову, приготовилась защищаться. Самая мощная из мертвых ведьм была быстрая и очень сильная, гораздо сильнее, чем могла надеяться быть при жизни. Она могла оторвать мои конечности голыми руками. Но было еще хуже: Игла была тренированная ведьма–убийца с грозной репутацией. Её будет не легко победить.

Торн вынула клинок и начала двигаться в мою сторону, но я махнула ей вернуться назад — моя гордость велела справиться с мёртвой ведьмой самой. В последний момент я отклонилась и кончик копья прошел в дюйме от меня. Клинок был в моей руке, но я не использовала его. С того самого момента, когда отрубила голову мёртвой ведьме в этой лощине. Чтобы остановить Иглу я должна была бы сделать что–то подобное — может быть, даже порубить её на куски. Я решила образумить её ещё раз. Всё ещё надеялась, что она может быть нашим союзником.

— Помоги победить наших врагов и потом мы будем драться, — предложила я.

— Мы дерёмся сейчас! — крикнула она. — Я убью тебя, вырежу твоё сердце и отправлю тебя прямо во тьму! Твои пальцы я заберу себе. Ты будешь обесчещена, вычеркнута из истории убийц клана Малкин. Ты будешь пустым местом!

Она снова побежала на меня с копьем в руках. Она была безумна, лелея свою обиду на протяжении долгих лет, что провела с мертвыми. Я стояла спиной к яме и точно знала, что делать. Ещё раз я избежала копья, и, на этот раз, ударила кулаком в затылок. Она упала в яму не издав ни единого звука. Но когда насадилась на шипы Кернольд, она завопила как сирена воздушной тревоги.

— Мне говорили, что мёртвые ведьмы не чувствуют боли, — сказала Торн, смотря вниз, где была Игла пронзённая кольями. Каждый из которых был очень тонкий, длиной около шести фунтов. Четыре пронзили её тело и она скользила по ним ко дну ямы. Один кол пронзил её горло, другой — плечо. Третий пронзил грудь, четвёртый — живот.

Я заметила сломанный кол, который сломала, чтобы освободиться и вспомнила свою собственную боль.

— То что ты слышала это не правда, — сказала я Торн. — Она не испытывает боль, всё правильно, хотя кричит, в основном, от отчаяния из–за того что не может убить меня. Она испытывает потерю, но ещё хуже, что я победила её очень легко. Её тело всё ещё может быть сильным, но ум прогнил и она впала в безумие. Я переоценила её — она всего лишь тень самой себя.

Я почти жалела её, потому что она упала с высоты своего авторитета убийцы. Я могла только надеяться, что не опущусь до такого состояния.

Теперь другие звуки можно было услышать в коротких паузах между криками — шуршание в кустах. Другие мертвые ведьмы приближаются к нам, привлеченные муками Иглы.

Но потом я услышал что–то ещё. Торн и я понюхали вместе, но на этот раз это не было магией — попытка обнаружить угрозу или измерить силу врага. Это было то, что любой человек узнал бы мгновенно, то, что любого лесника приводит в ужас.

Я могла чувствовать запах дыма, горящей древесины, и я вдруг поняла, что сделали наши враги.

— Они подожгли лощину! — закричала Торн.

Я забросила мешок на плечо. Как только сделала это, подул сильный ветер с запада, воя сквозь деревья. Они колдовали бурю и огонь темной магией, и влажная листва не оказывает никаких препятствий. Теперь пламя будет идти через лощину, сметая всё на своем пути.

Нашим врагам не нужно идти в лощину за нами и бороться мертвые ведьмами. Они будут ждать на поляне к востоку от лощины, куда мы будем вытеснены огненным штормом.