Когда она впервые увидела среди скал необъятную ямину с гигантским жерлом входа в шахты, у нее закружилась голова. У нее, у ведьмы! Спускаться в эту чудовищную каменную воронку надо было по пыльному серпантину. В обе стороны тащились крепкие приземистые лошадки с повозками, а вдоль дороги громоздились кучи выработанной породы – иные из них можно принять за останки подземных тварей, которые выползли наружу и здесь окаменели, став частью перерытого серо-бурого пейзажа. Горизонт заслоняли хмурые лесистые горы.

А внизу темные лабиринты штолен и местный народец, который повадился морочить рудокопов, гасить им фонари да порой и обрушения устраивать. Песчаная ведьма привыкла к небу над головой, ей там было не по себе, но задание Ложи она выполнила: пользуясь своей властью над кремнеземом, укрепила штольни заклятьями от обвалов.

Она занималась этим не только наяву, но и во сне по ночам: как будто увязла в этих впечатлениях и никак не могла из них выбраться – не из-за происков народца или чьих-то чар, а потому что барьонские ландшафты одним своим видом ее околдовали.

Может, хотя бы теперь, в поезде, который увозит ее все дальше от Барьоны, приснится что-нибудь другое?

В первую ночь проверить это не довелось. Она уже начала погружаться в дремоту, когда пришла мыслевесть от Крелдона: в Аленду приехала госпожа Данра, остановилась в гостинице, ждет Хеледику. Сообщили ей об этом только сейчас, чтобы не отвлекать от важного дела.

После такого известия сна ни в одном глазу. Бабушка покинула пределы великой пустыни и пожаловала в Ларвезу – зачем? Должна быть какая-то очень веская причина для того, чтобы Данра пустилась в такое путешествие.

В гостиницу «Имбирная роза» Хеледика отправилась прямо с вокзала. Бабушка ждала ее: ничего удивительного, она же видящая. Юная ведьма не смела спросить, что заставило ее приехать в Аленду, а та не спешила рассказывать. Пили шоколад с печеньем, говорили о жизни в деревне – Хеледика слушала новости с жадным вниманием и тоскливым чувством потери, но в то же время сидела как на иголках: Данра ведь не для того наведалась, чтобы просто так с ней поболтать?

– А город хорош. Лучше, чем города в Мадре. Мне тут жить целый месяц, а то и поболе, и славно, что он мне понравился.

– Ты думаешь, бабушка, на меня снова нападут? – тихо спросила Хеледика, понимая, что вот наконец-то зашла речь о главном.

– Кто нападет?

– Те, кто устроил то покушение с огнем Анхады.

– А, глупости это, Хеле. – Данра пренебрежительно махнула изящной сухой рукой. – Вот уж не от великого ума поступок, но ты не бойся, этого больше не случится.

– Почему – глупости, бабушка?

– Потому что убить тебя не хотели, а чуть не извели. Если бы ты носила с собой поменьше песка, остались бы от тебя одни пережженные осколки. Помнишь ведь, что огонь Анхады с нашим племенем делает? Ежели сложится, я еще оборву ей уши… Не за это, а за другое, и не сейчас, а через несколько лет, но так оттаскаю, что надолго запомнит мой урок.

– Кому – ей?

Она задала вопрос, невольно расплывшись в улыбке от облегчения. «Через несколько лет» – значит, бабушка не прощаться с ней приехала…

– Неважно кому. В свое время узнаешь. Развилка там зыбкая, еще надвое-натрое, что сложится… Но уж если сложится, задам трепку. Ты решила, я сюда явилась тебя охранять? Ох, если бы, Хеле… Я тебя танцам буду учить. Так и скажи тем, у кого ты на службе, – у тебя теперь каждый день уроки, а если куда пошлют, вместе поедем. Танцевальная ворожба – не то искусство, где можно прерывать обучение.

– Но я же умею… – растерянно произнесла Хеледика. – Летом я расколдовала женщину, которая три года прожила у пшоров, и у меня получилось.

– Знаю, знаю. Но то простая ворожба, какой в детстве учат, а есть еще тайные знания – вот этим мы с тобой и займемся.

– Так я же изгнанница… Мне же этого нельзя… И тебе разве можно меня этому учить?..

Она беспомощно умолкла, а сердце заныло: даже мечтать о таком не смела, это для нее под запретом… А бабушка ради нее решила нарушить запрет?..

– Есть кое-кто, чья воля превыше законов общины. Я взяла на себя долг Сейвелики. Дурехи вы обе – и ты, и твоя мать. Хотя, были бы умные, ты бы сейчас напротив меня не сидела.

– А кому мама должна? – настороженно пробормотала Хеледика.

– Двуликой, кому же еще. За тебя. Думаешь, ты случайно встретила на дороге тех немытых пастухов? Это Сейвелика вымолила для тебя развилку. Воспользуешься или нет – зависело от твоего выбора: что будет, то будет. А взамен твоя мать обещала Госпоже Развилок выполнить любое ее повеление. Двуликая лишь теперь объявила свою волю: пусть тебя научат всем тайным премудростям танцевальной ворожбы. А Сейвелика сейчас носит под сердцем твою сестру, нельзя ей ссориться с общиной и уходить из деревни. Я уже старуха, другое дело, я воззвала к Госпоже Вероятностей и предложила замену. Двуликая, хвала ей, согласилась. Так что буду тебя учить.