Шадрин закрыл в сейф дело Анурова и вышел на улицу. Почти в самых дверях подъезда его окликнули:

— Дмитрий Георгиевич!

Шадрин остановился. Перед ним стояла красивая, средних лет женщина в котиковом манто с ярко накрашенными губами и искусно подведенными ресницами. Он видел эту женщину: не так давно она без стука вошла в кабинет прокурора. Позже Дмитрий узнал, что это была жена Богданова.

— Я вас слушаю, — вежливо сказал Шадрин.

— Я провожу вас… — смущенно и растерянно ответила незнакомая женщина. — Вам далеко?

— Мне, собственно, до метро.

— Мне тоже до метро.

«Что ей от меня нужно?» — мелькнуло в голове Шадрина. Он стал мысленно припоминать облик той женщины, которая входила в кабинет прокурора.

Женщина начала нерешительно:

— Я прошу вас, выслушайте меня. Войдите в мое положение… Я жена вашего подследственного Анурова. Мне необходимо кое-что передать вам… Понимаете, некоторые дополнительные сведения, которые прольют новый свет на все дело. Я так волнуюсь, так волнуюсь… Но вот здесь все написано, вы все поймете. — С этими словами женщина остановилась, проворно достала из сумочки толстый конверт и сунула его в руки растерявшегося Шадрина.

«А что, если взятка?» — мелькнуло в голове Дмитрия. Решали доли секунды. Если он даст уйти гражданке, взяв у нее пакет, то формально будет считаться, что… «Нет, нет! Так документы не передают…»

Не дожидаясь, пока женщина отойдет от него, Шадрин быстро разорвал конверт и замер на месте. Толстая пачка новеньких сотенных бумажек хрустнула и резанула глаза своей холодной голубизной.

— Что вы делаете?! — бледнея в лице, почти вскрикнул Шадрин. — Да вы знаете, что пойдете за это туда, где находится ваш муж?! Возьмите немедленно!

Дмитрий всунул в руки растерявшейся Ануровой конверт с деньгами. Та испуганно положила их в сумочку и не знала, что ей делать: быстро уходить или настаивать на своей просьбе.

В эту минуту к Шадрину подошла Ольга. Только что вернувшись из подмосковного дома отдыха, где она провела две недели, Ольга заметно посвежела. В здоровом румянце ее щек точно вкраплены были бодрящие соки глубокой осени. Она еще не была на работе.

Необычный вид Шадрина и его бледные щеки насторожили Ольгу. Ей показалось, что он не рад встрече. А ведь они не виделись целых две недели.

— Что с тобой? — удивленно спросила она, только теперь заметив, что рядом с Дмитрием стояла женщина, в которой она узнала жену своего директора. В какие-то секунды они скрестили взгляды и, узнав друг друга, неловко поздоровались. Растерялась и Ольга. Она никак не могла понять, что могло свести Дмитрия с этой женщиной.

— Простите меня, но я… Я вас очень прошу принять во внимание, что, кроме меня, на иждивении моего мужа — дочь и сын. Я вас очень прошу… — Вытирая с глаз слезы, Анурова еще раз смерила с ног до головы Ольгу и быстро направилась к стоянке такси.

Ольга заметила, что Дмитрия лихорадит. Проводив взглядом Анурову, которая села в первое попавшееся такси, он только теперь почувствовал, в каком глупейшем положении очутился.

— Что с тобой? — допытывалась Ольга. — Откуда ты знаешь эту женщину? На тебе лица нет.

— Это жена Анурова, директора твоего универмага.

— Откуда ты ее знаешь?

— На Анурова возбуждено уголовное дело.

— Какое дело?

— Ануров арестован.

— Как — арестован?! За что?

— За крупные хищения государственного имущества и спекуляцию.

Ольга хотела о чем-то спросить, но, растерявшись, тупо смотрела на Шадрина. Она не могла произнести ни слова. В сознании ее никак не укладывалось два этих понятия: директор Ануров и уголовный преступник.

— А что было нужно от тебя его жене?

— Она предлагала взятку, а я сглупил. Нужно было тут же задержать ее и вместе с деньгами доставить в прокуратуру или ближайшее отделение милиции. Все равно деньги краденые, теперь они уплыли. — Мысленно Дмитрий проклинал себя: «Дурак! Непроходимый дурак!»

Поняв его волнение, Ольга участливо спросила:

— Почему же ты так сделал?

— Вначале я просто опешил. Подумал, что это жена прокурора. Удивительное сходство!

— Постой, постой… — Словно что-то припоминая, Ольга отшатнулась от Дмитрия. — Я слышала, что у жены Анурова есть сестра-близнец.

— Что?!

— Да, да, совершенно точно! Теперь я вспомнила, их две сестры, они близнецы, об этом у нас в магазине как-то был разговор. Я однажды видела, как они обе заходили весной в кабинет к директору.