— Тащи эту к Джозеву, — махнул в мою сторону рукой Острый. Но прежде, чем орк успел шагнуть ко мне, Эль заверещал на всю камеру. Да что там, наверняка на верхних этажах, сколько бы их тут ни было, услышали! Я аж подскочила, а Острого перекосило. Но, подозреваю, не от крика Эля, а от его слов.

— Я требую прямого правосудия! Я требую высшего суда! Я требую правосудия при свидетелях, и Богиня дала всем это право! Я требую…

Эль вопил и вопил, а Острый пробормотал что-то вроде: «Да чтоб тебя…», и ушел. Орк растеряно переводил взгляд с меня на Эля, не зная, что делать дальше. Начальство-то не распорядилось.

Пять минут спустя в камеру вошли гвардейцы в форме городского патруля. Они хоть на официальных представителей власти похожи! Эль наконец-то затих и изобразил полумертвый труп. Нас споро расковали, подхватили под руки и потащили куда-то наверх, по бесконечным лестницам. У меня ныла лодыжка. И когда успела подвернуть? Поймала виноватый взгляд Эля и нарочито бодро подмигнула. Ничего, это всё ерунда. А вот выяснить, в какую передрягу мы влипли, действительно хотелось. Если бы не дурашливое настроение Эля и клоунада в подвале, я бы уже паниковала. А так — было только глухое раздражение на того, кто окажется виноват.

Нас вели по бесконечным ступенькам. Сперва мы поднялись из второго уровня подвала, потом по глухим пролетам без окон прошли на третий этаж. Наконец, цель нашего «похода»: рабочий кабинет, заваленный бумагами, тяжелые стеллажи с книгами по стенам, позади массивного стола — карта мира. Я её уже видела в книжках, надо будет рассмотреть поближе. Несколько кресел с мягкой обивкой и столиков с напитками или книгами по углам. Всё смотрелось очень гармонично, кроме двух грубых деревянных стульев, привинченных к полу, перед рабочим столом. На подлокотниках и ножках болтались кожаные ремни, которыми нас и привязали. Гвардейцы, или как их тут называют, ушли, оставив нас одних в кабинете. Я попыталась что-то спросить у Эля, но тот только покачал головой и указал на неприметную дверцу недалеко от рабочего стола.

Десять минут ожидания, и, наконец, из той самой дверцы появился мужчина. Я уже заранее на него злилась, буквально кипела внутри и была готова выплеснуть своё раздражение. Но, едва он переступил порог, сердце пропустило удар. Это был мужчина моей мечты! Именно таким я себе его представляла до того, как повзрослела и перестала верить в сказки. Но это было в другом мире…

А сейчас я наблюдала ожившую мечту. Широкий разворот плеч, отлично сложенная фигура, каштановые волосы до плеч и ярко-голубые глаза. Кажется, здесь такие бывают только у эльфов. Но больше в этом могучем воине ничего не напоминало о родстве с утонченными эфемерными ушастыми. Элегантный, пошитый на заказ костюм из дорогой ткани, без излишеств вроде золотых нашивок или драгоценных камней. Цепочка виднелась у шеи и уходила под воротник, и на этом украшения заканчивались. Кривоватый, видимо многократно сломанный нос не портил, но только добавлял шарма. Волосы растрепаны, словно их хозяин только вернулся с тренировки. Мужчина зашел, продолжая читать какой-то свиток. Упрямые пальцы смяли бумагу и швырнули прочь. Ярко-голубой взгляд обратился на нас, и, пока мужчина со всё большим удивлением нас разглядывал, я смело рассматривала его. И понимала, что не прочь продлить наше знакомство. Потому как ну очень видный и обаятельный мужчина. Боря по сравнению с ним — хилый пацан! Если он еще и не подлец…

Мужчина, что-то для себя решив, стремительно подлетел к двери. Рывком распахнул и рявкнул на весь коридор:

— Вы издеваетесь?! Вот это — великие шпионы, затеявшие переворот? Несовершеннолетний парень и его мелкая сестра? Вы что, не понимаете, что мы ищем наемников, банду грабителей, промышляющую на моих границах, отравителей моего отца — но они были простолюдинами! Вы слышите? Вы что, олухи, ослепли и не видите, что леди и её брат — благородные господа?!

Дверь с грохотом захлопнулась, так, что я подскочила на своём жутком допросном стуле и ойкнула, неловко дернув пострадавшей ногой. Хозяин кабинета споро подошел, отвязал больную ногу, аккуратно осмотрел и принялся распутывать остальные ремни.

— Прошу прощения за это недоразумение, леди. Виновные будут наказаны.

Мужчина ловко освободил меня от пут, помог добраться до диванчика и протянул стакан воды. Оглянулся на Эля:

— Полагаю, ваш спутник может сам о себе позаботиться?

Хранитель уже шел к нам через комнату, нетронутые ремни висели на допросном стуле.

— Думаю, стол и кров будут достаточной компенсацией этого недоразумения. И, конечно, пусть нам вернут все конфискованные вещи и восполнят моей сестре пострадавший гардероб.

Хозяин кабинета напрягся. Он явно надеялся отделаться деньгами, а тут такие требования! Но, видимо, условия показались ему справедливыми, и он в итоге кивнул.

— Хорошо. Моё имя Родицит, мой дом в вашем распоряжении. Я дам указания, вас сейчас проводят в покои.

Опять имя непривычное, с первого раза не выговорить! И как сократить? Родик — Дик? Вроде неплохо.

Дик вызвал парня, похоже, исполняющего роль секретаря, и тот проводил нас в соседнее здание. Оказалось, мы находимся в сердце города — не географически, на главной площади, возле дворца, — но в месте, где вершатся судьбы и принимаются решения. Администрация, тюрьма (к моему удивлению), дом градоправителя и еще какие-то столь же значимые здания находились на этой улице. Секретарь провел нас к белокаменному особняку, с садом и кованным забором по периметру. Раньше я бы решила, что забор стоит только для украшения — в любой завиток узора спокойно мог бы пролезть человек! Но теперь, стоило немного перестроить зрение, и можно уверенно сказать, что на этой ограде стоит столько слоев заклинаний, что пролезть внутрь просто нереально.

Нас сдали с рук на руки местной служанке. Пожилая женщина с седыми волосами провела нас в покои на втором этаже. Приятная обстановка в пастельных тонах, уютно и продуманно до мелочей. Видно, что обустраивал здесь всё профессионал. Я плюхнулась на широченную кровать поверх многочисленных покрывал, а Эль обследовал все комнаты. Услышав, что нам помимо гостевой комнаты, спальни и ванной досталась еще и гардеробная, я нашла в себе силы дохромать до этого помещения. Зеркало во всю стену — невиданная здесь роскошь. Множество полок и полочек, ящиков и ящичков, которые разочаровали своей пустотой. Только пара халатов да домашние тапочки.