Обрубить щупальца организации было сравнительно несложно.

Мистер Ридер взял О. Швайцера, этого коренастого американца швейцарского происхождения, когда в одно воскресное утро тот вместе с двумя неустановленными сообщниками пытался вывезти сейф из почтового отделения на Бедфорд-стрит. Швайцер был готов дать отпор, но мистер Ридер скрутил его в два счета, так что тот не успел даже глазом моргнуть.

— Отпустите! — только и смог прохрипеть по-итальянски Швайцер. — Вы меня задушите, Ридер!

Мистер Ридер перевернул его на живот и защелкнул за спиной наручники. После этого, взяв за ворот, поставил на ноги и отправился помогать своим сослуживцам брать остальных двух грабителей.

Виктуара арестовали однажды вечером в ресторане «Чарлтон», где он обедал с Денвер Мэй. Задержание прошло спокойно, потому что взяли его по вымышленному обвинению, и он был совершенно уверен, что легко сможет доказать свою невиновность и его скоро отпустят.

— Дорогой мистер Ридер, — сказал он ленивым, спокойным голосом, — это совершенно нелепая ошибка, но я, так и быть, прокачусь с вами. Я могу доказать, что, когда жемчуг, о котором вы говорите, похищали на Хартфорд-стрит, я был в Ницце.

Сказано это было по пути в участок.

Там его обыскали и нашли искусно спрятанное оружие, что, впрочем, почти не смутило его. Гораздо больше его смутило предъявленное чуть позже обвинение в ограблении банка «Ленс», попытке убийства охранника и еще в двух-трех менее серьезных преступлениях, вдаваться в подробности которых нет надобности.

Когда его тащили в камеру, он вырывался и вопил, как сумасшедший. По дороге мистер Ридер дал ему совет, вызвавший лишь очередной приступ бешенства:

— Расскажите там, что вы в это время были в Ницце.

А потом в Сомерс-тауне [13] полиция случайно задержала одного мужчину за избиение жены на улице. Во время обыска у него нашли измятый и порванный обрывок письма, который тут же был направлен мистеру Ридеру. В письме говорилось:

«…в любой день на Уайтхолл-авеню около одиннадцати часов. Ридер — мужчина среднего роста, выглядит немолодо, седоватые песочные волосы, довольно густые бакенбарды, всегда носит зонт. Рекомендую надеть туфли на резиновой подошве и прихватить железный прут. Заметить и узнать его несложно. Повнимательнее… пятьдесят на сч… когда работа будет выполнена».

Это была первая ласточка, указавшая мистеру Ридеру на то, что загадочный Джон Флак питал особую неприязнь к его персоне.

В тот день, когда Сумасшедшего Джека отправили в Бродмурскую психиатрическую клинику, мистер Ридер какой-то особенной радости не испытал. Нельзя сказать, что он был счастлив или даже почувствовал облегчение. Просто его охватило чувство удовлетворения, сходное с тем, которое испытывает счетовод, подписывая балансовый отчет, или строитель, осматривая законченную работу. Впереди его ждали новые балансовые отчеты, требовалось возвести еще не одно здание… Отличались они лишь порядком цифр и формой.

Наверняка было известно только одно: что бы ни замышлял Флак, Дж. Г. Ридер занимал в его мыслях значительное место… Что это было, желание поквитаться за прошлое или своего рода мера предосторожности, направленная на то, чтобы обезопасить себя и свою работу в будущем, оставалось загадкой. Но детектив был хорошим отгадчиком.

Неожиданно и резко в дальнем углу комнаты затрезвонил телефон. Мистер Ридер, скорчив недовольную мину, снял трубку. С телефонной станции сообщили, что звонок из Хоршема. Он подвинул к себе блокнот и приготовился слушать. В трубке послышался голос. И едва было произнесено первое слово, Дж. Г. Ридер узнал говорящего, потому что у него была отличная память на голоса.

— Это вы, Ридер? Что, узнали меня?

Тот же тонкий, напряженный голос, который изрыгал в его адрес проклятия и угрозы со скамьи подсудимых в Олд-Бейли, тот же негромкий отрывистый смех.

Мистер Ридер нажал кнопку вызова посыльного и стал что-то торопливо писать в блокноте.

— Узнали?.. Не сомневаюсь, что узнали! Думали, что отделались от меня? Но не вышло!.. Послушайте, Ридер, можете передать в Скотленд-Ярд, что у меня сейчас много дел… Я собираюсь удивить их кое-чем таким, чего они еще никогда не видели. Я же сумасшедший, верно?.. Я покажу вам, сумасшедший я или нет… Я и до вас доберусь, Ридер…

Вошел посыльный. Мистер Ридер вырвал из блокнота листок, ткнул ему в руку и жестом показал, что дело чрезвычайно срочное. Курьер пробежал глазами записку и стремглав бросился из комнаты.

— Это мистер Флак? — мягким спокойным голосом осведомился Ридер.

— Бросьте ваши шуточки! Да, это мистер Флак!.. Вы получили пакет? Думаю, получили. Ну и что скажете?

— Пакет? — еще более вкрадчивым голосом произнес Ридер и, прежде чем его невидимый собеседник успел ответить, с укоризной добавил: — Друг мой, вас ждут серьезные неприятности за то, что вы пытаетесь ввести в заблуждение контору государственного прокурора. Вы не Сумасшедший Джон Флак… Я знаю его голос. У мистера Флака легкий выговор кокни, [14] а его не так-то просто подделать, к тому же сейчас мистер Флак находится в руках полиции.