Сивер поймал мой взгляд, который я не отвёл, удовлетворённо качнул головой и повернулся к парням:

– Всё хорошо сделали. Молодцы!

Подростки переглянулись, заулыбались, и один из них спросил:

– Ещё что-то нужно?

– Да, держать язык за зубами. Ясно?

– Конечно, дядька Сивер. – Лица парней вмиг стали сосредоточенными.

– Тогда ступайте.

– А что насчёт нашей просьбы? – поинтересовался всё тот же юноша.

Воин помедлил, явно специально потянул время и, когда его помощники стали нервничать, произнёс:

– Воля ваша. Хотите стать витязями Триглава – будете ими. Отправляйтесь домой, попрощайтесь с родными и ночью приходите в храм. Завтра вы вступите на путь воина. Но учтите, назад дороги не будет. Как только вы дадите клятву на верность богу, то уже не сможете от него отречься, ибо воин храма не простой человек, который дал слово, а потом забрал его. У нас всё сложнее и гораздо серьёзней, так как нити нашей судьбы находятся в руках Триглава, который бывает не только добрым, но и злым, и мстительным, и не прощает ошибок или нерадения. Ступайте и ещё раз подумайте, надо ли вам становиться таким, как я. Всё!

Радостные парни побежали к воротам, через которые они вкатили повозку, а я проводил их взглядом и хмыкнул. Сивер это, разумеется, заметил и спросил:

– Чего ухмыляешься?

– Думаю, хитрый ты человек, Сивер.

– А что так?

– Ну кто же из молодых парней не захочет быть похожим на тебя? Разве только тюфяк какой или пожизненный трус, а эти парни не из таких.

– Вот ты о чём… – Воин машинально потёр гладко выбритый подбородок и пояснил: – Время сейчас трудное, и нам нужны бойцы. Поэтому мы стараемся привлекать молодёжь и никого не отпугиваем. Правда, староваты они, чтобы воинами храма стать. Обычно обучение с семи – восьми лет начинается. Но, может, это и к лучшему. Мальчишки жизнь уже немного видели и соображают не так, как мы, потомственные служители Триглава, а значит, им будет легче приспособиться к быстро меняющемуся миру.

– Это понятно.

– А коль понятно, то вставай. Прячь меч в ножны и пойдём.

– Куда?

– Увидишь.

Я спрыгнул с телеги, отряхнулся, вложил клинок в новенькие ножны и поправил сумку. После чего посмотрел на Сивера:

– Благодарю, что выручил меня.

– Сочтёмся. Тебя, кстати, как звать?

– Вадим.

– А род какой?

– Соколы.

– Следуй за мной, Вадим Сокол.

Сивер двинулся к зданиям, я пошёл за ним. Мы пересекли двор какой-то хозяйственной постройки, где в загоне блеяли молодые чёрные ягнята, вошли в здание, миновали длинный коридор и оказались перед идолом Триглава, над головами которого был растянут большой полотняный полог.

Мой сопровождающий опустил глаза и замер без движения. Глядя на его едва заметно шевелившиеся губы, можно было подумать, что он молится. Наверное, так и было. Я же в принципе человек не особо верующий, просто стоял рядом и разглядывал мощного четырёхметрового идола, который вызывал уважение. Искусно вырезанное из дуба тело человека, в руках – кубок и меч. Три головы, и на каждой – сияющая в лучах заходящего солнца золотая повязка. Красиво. Под кумиром – широкий каменный алтарь, на котором разложены свежие овощи, много разной еды на дорогой серебряной посуде и пара кувшинов, наверняка не с водой. В общем, всё как на русском кладбище, когда люди поминают своих мёртвых сородичей, только богаче.

Неожиданно в мою правую ладонь ткнулось что-то мягкое и мокрое. Инстинктивно я отдёрнул руку и обернулся. Не знаю, наверное, ожидал увидеть перед собой змею. Но рядом находился статный жеребец вороной масти, грива которого была заплетена в аккуратные косицы, а его чистая шерсть буквально лоснилась. Красавец, а не конь. И уже без опаски я протянул к нему ладонь и почесал его за ушами, а он, хитрец, почуял, что у меня в сумке сухари, и стал тыкаться в неё мордой. Делать было нечего. Я вынул пару кусков присыпанного солью сушёного хлеба и скормил их животине, которая стрескала лакомство и больше не попрошайничала.

Жеребец неспешно удалился, а я посмотрел на Сивера, уже глядевшего на меня. В его глазах было столько уважения, что можно было возгордиться. Но я не гордый, хотя честь для меня не пустой звук, и потому спросил воина:

– Что-то не так?

– Да. – Сивер кивнул в сторону жеребца. – Это священный конь Триглава, и он мало кого к себе подпускает. Верховного жреца и пару конюхов, а остальных недолюбливает. А к тебе сам подошёл, да ещё и еду попросил. Странно это.

Я усмехнулся и перевёл разговор в шутку:

– Всё в порядке. Просто я человек хороший.

– Ага! А я, значит, плохой? – Воин тоже улыбнулся.

– Наверное, я лучше.

– Посмотрим.

Храмовый страж кинул взгляд в сторону главных ворот, и у меня возник резонный вопрос:

– Мы кого-то ждём?

– Лучеврата, верховного жреца. Он велел тебя найти, и я это сделал. Так что сейчас передам тебя ему с рук на руки и буду свободен.

– А разве меня искали?

– Искали. Ты ведь в город вчера прибыл?

– Да.