А между тем разговор там состоялся очень неплохой:

– Ну что, друзья, плывем к океану вместе?
– спросило Облако.

– Конечно!
– дружно ответили облака.

– Так, может, и хорошую работу для флота сделаем вместе?

– Ну!

– Прихватим с собой бензинчика, солярки, керосина, отвезем и детям, и морякам, и Борщику.

– Пачкаться?
– проскрипели некоторые беленькие, как пудельки, облачка и потихоньку заюлили в сторону.

– Так после хорошей работы можно хорошо искупаться в океане и стать еще чище!
– пропел подоспевший на помощь приятелю Ветер.
– Зато какое доброе попутное дело!
– лихо присвистнул он.

И многие согласились:"

– Попробуем!

Скоро привычные к работе облака одно за другим подплывали к скважине, из которой Моторыч выдернул затычку. Ветер энергично продувал нефтяной фонтан, он светлел, становясь и бензином, и керосином, а облака втягивали и втягивали горючее и левыми и правыми боками.

Целая армада облаков, туч и тучек, нагруженных чистейшим горючим, уже поднималась в прозрачное небо, и попутные ветерки подгоняли их к югу. Кот следил за погрузкой внизу и всех предупреждал: не пачкать птиц, не толкаться и не стукаться! Он помнил очень полезный детский стишок:

«Туча тучу по лбу - раз!

Искры сыплются из глаз!»

– Ты сам не очень сверкай глазами, - напоминал ему Ветер.
– Еще не очень известно, чье электричество опасней, тучье или кошачье.

Наконец и наше Облако заторопилось и стало приглашать с собой Гречухина. Но он сказал:

– Во-первых, я на облаках летать не привык. А во-вторых, кроме охраны месторождения, у меня есть еще два дела. Я должен дописать учебник, и, - профессор улыбнулся, - я обязан выполнить контрольную работу, потому что учусь еще одному полезному делу и не желаю получать двоек...

Светка вздохнула: ей тоже предстояло написать сочинение про лето, и, конечно, она тоже не хотела иметь никаких двоек.

Тут Гречухин стал прощаться, махать тетрадью и вдруг сказал:

– Немедленно присылайте Мишкина. Здесь столько скважин, что никаких пальцев не хватит! Этому хозяйству нужен настоящий хозяин, настоящий Мишкин с бригадой!

И Моторыч, разбиравшийся в хозяйственных делах, тут был совершенно согласен. Уж Мишкин разберется с этим делом не хуже, чем Борщик с котлетами. Кот спохватился, сорвал с борта вязанку рыбы и протянул Гречухину, Светка отдала ученому куртку с маской, а усевшийся рядом с котом мышонок пропищал:

– Брат, не забудь закусить луковицей!

Но повеселевший профессор сказал:

– Нет, луковицу я посажу в землю, и у меня вырастет красивый цветок.

Ученый помахал им рукой, надел накомарник и, сев на пенек, взялся за работу. Он не привык попусту терять время.

А Светка просто сказала: «Спасибо!» - и экипаж тронулся в обратный путь.

«Ну вот и все, приключениям конец», - решил было кот, но, оглянувшись, усмехнулся: рядом с ним, на Светке, голубела полосатая тельняшка. А пока тельняшка рядом, конца приключениям быть не могло!

И точно. Возле высокой ели, на которой ша: кал все еще тявкал: «Мое», - Тучкина, задержав друзей, спросила:

– Может, снимем?

– На шапку?
– хмыкнул кот.
– Не годится. Очень грязный, - и, сказав: - Шучу!
– возразил уже серьезно: - А вдруг будет кусаться?

Но услышал в ответ что-то похожее на «не бу- ду-у» и согласился, подумав: «Ладно, если что, у меня про запас кое-что имеется».

– Что ж, возьмем, - вздохнуло Облако. Оно прикоснулось к ели, и от него отделилась маленькая крепкая тучка, на которой вниз головой повис притихший было шакал.

Ветер о решении друзей высказать своего мнения не мог, так как в этот момент его рядом просто не было.

И ДЛЯ МЫШОНКА,

И ДЛЯ МУРАШОНКА!

В этот самый момент читатели поселковой библиотеки стали свидетелями еще одной необыкновенной картины.

В окно влетел выпорхнувший недавно лист, сам собой смазался по оторванному краю клеем и

вклеился - сам!
– яа положенное место. В большой том энциклопедии. Это проштрафившийся Ветер исправил свой, скажем прямо, Неправильный, но нужный для дела поступок.

В несколько минут он догнал свою команду, которая летела над лесом и серьезно спорила.

– Держи прямо на зюйд-вест!
– командовал Моторыч.
– Надо торопиться!

А Светка зачем-то направляла полное горючего Облако к утесу, к вулкану-великану, у которого крепко держался за маленькую площадку старый куст женьшеня. За Облаком, под тучкой, болтался вниз головой лохматый шакал и тявкал :

– Колдуны! Я вас, я вам, я дам!

Он вертелся и выдумывал для них самые страшные козни. И чем больше придумывал, тем больше ему казалось, что то же самое они сделают с ним.