— Конечно, какие вопросы! — тотчас согласился Даня. — А мой номер освободится. Все равно мы завтра улетаем...

— Дело не в этом, — коротко проговорил Андрей. Он догадался, что Максим не хочет оставаться наедине с Караджич.

Что же касается Беллы, то она воспринимала все это иначе. Ей казалось, что Максим старается устроить ее в том же отеле, в каком остановился и сам. И ее совершенно не волновало, что при этом какой-то мальчишка должен будет ночевать на диване в гостиной Андрея. На самом деле, как она рассчитывала, ей не придется спать в своем номере. Или, напротив, Максиму не придется спать в своем...

Коридорный помог Дане перенести нехитрый скарб, горничная с заспанным лицом застелила чистую постель и придирчиво оглядела комнаты. Но поскольку она сама убирала здесь в обед, все выглядело очень прилично. Легкую сумку с вещами, которую Белла оставила в галерее, привез водитель, а коридорный поднял в ее номер.

Максим вошел вместе с водителем, спросил, хорошо ли она устроилась и, к неудовольствию Беллы, собрался уходить, пожелав ей спокойной ночи.

— Максим? — вопросительно взглянула она на него. И подойдя к нему, положила руки ему на грудь. Пальцы ее начали расстегивать пуговицы на рубашке.

— Белла! — попытался остановить он ее.

И она поняла, что если позволит ему договорить, то может потерять все. Сейчас он увлечен. Ее опасения оказались не напрасными. Юный и свежий цветочек и в самом деле иной раз выглядел весьма соблазнительно — именно благодаря своей невинности и наивности. Но если у Макса будет возможность сравнить их, то он поймет, насколько больше ему подходит она — женщина, которая знает цену себе, которая понимает, что нужно мужчине. Не говоря уже о том, что предстоящая рекламная кампания имеет важное значение для его будущего, а она в этой кампании способна сыграть не последнюю роль. Она пользуется популярностью, у нее связи, есть люди, на которых она может повлиять. И Максим это знает. Хотя, конечно, он догадывается и о том, как ей хочется заполучить его. Да и кто на ее месте отказался бы? Быть женой художника, успевшего устроить выставки во всех крупнейших столицах мира? Того, чьи картины идут нарасхват? Стабильное положение, имя — ради этого можно вытерпеть и некоторые его взбрыки.

— Тс-с-с, — прошептала она, закрывая ладонью его рот. — Я все понимаю. Давай не будем говорить об этом... здесь, — добавила она, видя, что он вздрогнул всем телом. — Поговорим... в Москве, — продолжила она. — Пожалуйста... — И просительно посмотрела ему в глаза.

«В Москве так в Москве», — подумал Максим, не подозревая о том, во что это выльется. Было бы лучше, конечно, если бы все точки над «и» были расставлены уже сейчас. Но неделей раньше, неделей позже, в сущности, это ничего не меняло.

И прежде-то инициатива, как правило, исходила от Беллы. Сам он ни разу не позвонил ей, не пригласил к себе, не назначил встречи. Это Белле каким-то непостижимым образом удавалось всякий раз оказываться в той компании, куда его приглашали и куда он не мог отказаться прийти. Белла была очень настойчивой. И постепенно остальные женщины, что вились вокруг него, начали незаметно исчезать из поля его зрения. Вернее, те, которые могли представлять серьезную угрозу Белле, оказались оттеснены, а те, что не отличались хваткой, остались. Количество поклонниц и тех, с кем Максим мог переспать при желании, чтобы не терять ощущения полной свободы, не уменьшалось. Но таких, которые могли противостоять ей, Белле, в его окружении не осталось. Если проявить настойчивость, считала Белла, если начать требовать внимания к себе, он захочет вырваться на свободу. А если у него будет ощущение, что ничто не держит его, то в нужное время она осторожно потянет за тот конец, что остается в ее руках, и он снова вернется к ней. Та цель, которую она преследовала, заслуживала того, чтобы наступить и на гордость, и... на ревность.

Сколько мужчин мечтали бы оказаться сейчас на месте Максима! И скольким она мягко, но твердо дала понять, что не может быть с ними. Только ради того, чтобы получить сразу все: и красавца мужа с неистовым темпераментом, и талантливого человека — мировую знаменитость, и тот уровень жизни, которого Белла заслуживала...

Когда Максим вышел из номера, она села перед зеркалом и начала расчесывать щеткой темные блестящие волосы. Ей не нравились темные круги у нее под глазами: чтобы выбраться сюда, пришлось срочно закончить несколько неотложных дел. Но, как она убедилась, все усилия оказались непустыми.

Белла добилась своего. Репортеры ведущих газет и журналов, которые брали интервью у Максима по поводу этой выставки, фотографировали ее рядом с ним. И когда он будет просматривать статьи, то ее постоянное присутствие рядом, хочет он того или нет, окажет на него влияние — как говорила ее подруга — на подкорковом уровне. Он и Белла — рядом. Красивая пара! Она улыбалась непрестанно все время, пока была на выставке, хотя стоило ей войти в зал и увидеть эту невинную «вакханку», как ей сразу стало не по себе. Но Белла взяла себя в руки. «Какое счастье, — подумала она в тот момент, — что я все же остановила выбор не на фиолетовом, не на зеленом, а именно на этом платье — красного шелка, которое конечно же сразу вспыхнуло, как костер». И как бы ни любовались фотографы юной красоткой, камеры их всякий раз оказывались направленными на нее. Во всяком случае, она все время видела вспышки. И у нее до сих пор болели мышцы лица от необходимости сохранять веселую, неотразимую улыбку.

Следующий удар она пережила в море, когда ей показалось, что ее попытки увести Максима от этой девчонки обернулись против нее. Но потом она убедилась, что Максим решил истратить кипевшие в нем эмоции в дальнем заплыве. Сначала ее тревожило, что его долго нет рядом, но эта девчонка почти все время находилась на виду у всех. И от Беллы не требовалось контролировать ситуацию. Она расслабилась и сама наплавалась вволю.

Только когда они возвращались назад, их догнал Максим. Он слегка задыхался. Значит, действительно уплыл очень далеко в открытое море, и, значит, ее ход оказался верным. Оказавшись в родной стихии, Максим не сможет устоять перед тем, чтобы не отдаться зову природы. Правда, ей рисовались некие эротические видения, игры с ним в воде. Но она знала: при всем его темпераменте этот мужчина умеет владеть собой. И никогда не позволит себе никаких вольностей в присутствии отца и приемной матери. Он будет корректен, вежлив, заботлив настолько, насколько это укладывается в рамки ухаживаний, но не более того. Так оно и вышло. Если вооружиться терпением, то можно справиться со всеми помехами.