Маленький гид дал понять, что теперь собирается продемонстрировать нам уборную, и справлять свои естественные нужды мы должны только там, иначе нас, мол, ждёт наказание.

Двигаясь по натоптанной тропе, мы быстро пересекли рощу и снова оказались на берегу большой реки. Оказывается, одной своей стороной деревня выходила на озеро, а другой – на реку. Отхожее место представляло собой дощатую платформу, выстроенную над водой. С одной стороны, это, конечно, было очень гигиенично. Все нечистоты тут же уносились течением. Но я тут же представил себе, как буду сидеть с голой задницей спиной к реке, и постоянно оглядываться, стараясь вовремя заметить приближающегося крокодила. Нет уж, такого экстрима я не желал!

Я дал понять пареньку, что не собираюсь участвовать в смертельно опасном аттракционе. Тогда он привёл нас с Полли к деревянной кабинке внутри которой находилась вонючая канава. Над выгребной ямой роилось облако огромных мух. О гигиене здесь, конечно, не было и речи, но после речного туалета я был рад и такому «удобству».

Позднее я узнал, почему местные жители так спокойно относились к «крокодильей угрозе». Деревенские считали хозяина реки своим покровителем и защитником от злых духов, которых, по мнению аборигенов, бесчисленное количество водилось в джунглях. А, кроме того, нельзя не учитывать великую силу привычки: с самого детства наблюдая речных хищников, местные жители привыкали относиться к ним как к неотъемлемой части родного пейзажа. И как не странно крокодилы крайне редко нападали на местных жителей, предпочитая охотиться на чужаков.

Вскоре Полли отправился искать своего начальника – главного корабельного кока, а я решил осмотреть деревню. По дороге мне встретился мужчина-европеец. Он первым обратился ко мне. Причём вместо слов приветствия незнакомец заговорил со мной в крайне оскорбительном тоне:

– Ах вот вы где, месье шарлатан! А я вас повсюду разыскиваю, чтобы заглянуть в ваши змеиные глазки. Неужели вы всерьёз рассчитывали занять место самого Пьера Мартеля?! Моё место!

Странный тип гордо ткнул себя пальцем в грудь. Это был коротенький толстый человек с небритым опухшим лицом запойного пьяницы. О таких как он принято говорить «человек неопределённого возраста». В своем непропорционально огромном пробковом шлеме, бойскаутской рубашке со множеством карманов, в шортах и мальчикового размера ботинках толстяк казался пародией на европейского колонизатора позапрошлого века. Вдобавок у него была прескверная манера скалить в злобной усмешке свои гнилые прокуренные зубы.

Прозвучавшее в мой адрес обвинение обескуражило и даже позабавило меня. Я миролюбиво заверил чудака, что не имею намерений переходить ему дорогу, и вообще не понимаю причину его недовольства.

– Не виляйте, месье лжец! – помахал перед моим носом толстым пальцем назойливый господин. – Лучше чистосердечно признайтесь, за сколько вы купили ваш липовый диплом врача? За пятьсот евро? А может всего за триста? Всем в Европе известно, что ваша Россия насквозь коррумпирована и там нет ничего подлинного.

По ходу нашей необычной беседы я постепенно начинал понимать, что имею дело со штатным врачом пиратского экипажа. По каким-то причинам (чуть позже я узнаю, что вследствие длительного запоя) он не участвовал в последнем рейде Дуче и его команды. И вот теперь протрезвевший доктор опасался, что пиратский капитан предпочтет меня ему.

Все мои попытки убедить собеседника обсудить создавшееся положение в более спокойном конструктивном духе только вызывали новые вспышки ярости «коллеги». Он явно принимал мои дипломатические усилия за признаки страха и оттого становился всё наглее и агрессивнее. В какой-то момент мне надоело выслушивать от толстяка оскорбления, и я попытался уйти. Но он вдруг вытащил из висящей у него на ремне кобуры пистолет и наставил его на меня:

Вы напрасно надеетесь так легко сбежать от меня, месье трус!

Чёрный зев пистолетного ствола оказался прямо напротив моих глаз. Я почувствовал, что француз не шутит. Он действительно собирался меня убить. Наша встреча произошла в безлюдном месте. Так что никто не мог помешать толстяку прострелить мне голову. Я закрыл глаза и… услышал громкий щелчок. Чертыхаясь, доктор стал осматривать давшее осечку оружие. И тут я увидел, что в пистолетной рукояти отсутствует обойма с патронами. Должно быть по пьяному делу доктор пропил её или же просто забыл зарядить пистолет, перед тем как отправиться на разборку с конкурентом.

Я не стал ждать, пока неудачливый стрелок отыщет в одном из своих многочисленных карманов завалявшийся патрон, и демонстративно спокойным шагом направился к деревне. Доктор ещё долго кричал мне вдогонку, что скоро разберётся со мной и советует использовать последние часы жизни на молитвы. На самом деле ему действительно ничего не мешало как следует подготовить оружие и снова подкараулить меня в тихом месте.

На первый взгляд население этой деревни жило в страшной нищете. Дома, которые я видел, вначале показались мне убогими хибарами: низкие, с покосившимися оконными рамами, в которых по большей части роль стёкол выполняла прозрачная плёнка или сетка. Создавалось впечатление, что для их постройки хозяева использовали всё, что послала им река и джунгли, а именно куски корабельной обшивки, доски разного калибра, глину, тростник, солому, пальмовые листья. Я даже видел фрагмент стены из пластикового рекламного щита всемирно известной фирмы, производящей газированные напитки. На улицах царила грязь и запустение. Прямо посреди деревни в зловонном пруду вальяжно разлеглось стадо буйволов.

Но, приглядевшись повнимательнее к новому для меня миру, я стал замечать в нём явные признаки зажиточности. На крышах некоторых лачуг красовались «тарелки» спутникового телевидения. Вытащенные на берег рыбачьи лодки были снабжены новенькими моторами производства известных фирм.

Да и сами местные обитатели не выглядели голодным или несчастным и уж тем более оторванными от цивилизации дикарями. Одеты они были вполне по-современному в пёстрый китайский текстиль. В деревне имелся небольшой магазин. Я с удивлением смотрел на вышедшего покурить из своей конторы человека в полицейской куртке с погонами и в неуставных шортах и сандалиях на босу ногу. Правда, в моей голове пока не очень стыковался представитель официальной власти и открыто разгуливающие по улицам пираты.