Развалившись на огромной кровати в одной из отведенных нам комнат, мы с Торреном блаженно улыбались. Две юные полукровки приготовили ванную и обещали в ближайший час легкий ужин, а пока принесли нам фруктов и вина. Я гений! Нет, не так… Я гений!!! Повернувшись к Тору, потребовала подтверждения своих слов. Приятель с энтузиазмом меня поддержал. Причиной нашего отличного настроения был маленький фокус, устроенный мною при первой же возможности. Увидев делегацию, состоящую из полудюжины высокомерных придворных и пары дюжин их сопровождающих и явно готовую продержать нас несколько часов ради «сохранения приличий», я аккуратно упала в обморок на руки рыжеволосого красавчика эльфа, бесшумной тенью скользившего за моей спиной в течение всего пути. Его счастье, что успел поймать! Слабым голосом, состроив виноватое лицо девочки-цветочка, попросила воды и призналась, что мы ехали почти без остановки от самого Миирона. Додумать эту мысль милостиво позволила эльфам.

Обиженный взгляд Триона был мною полностью проигнорирован. А что? Я вела себя вполне прилично, а обморок – вполне допустимая дамская слабость! В общем, через пять минут нас с Тори, поминутно извиняясь, провожали в западное крыло дворца, отведенное для делегации дроу. По пути я с огромным удовольствием рассматривала сказочной красоты гобелены, мозаику, картины и огромное количество цветов. Похоже, история этих дивных растений насчитывает века селекции и магии, а также говорит о несомненно отличном вкусе их создателей. Большие стрельчатые окна открывали вид на город. Сразу захотелось забраться на крышу, чтобы увидеть всю эту красоту с высоты птичьего полета.

Нам с Тором, как дамам, выделили общие покои, состоящие из нескольких комнат. Сразу за холлом была очень светлая гостиная, украшением которой служили небольшой камин, выложенный светло-голубыми, серебристыми и аквамариновыми изразцами, два очень правдоподобно выполненных гобелена – с единорогом и парящем в небе золотистым драконом – и множество различных подушек и подушечек, разложенных на мебели и полу. Напротив входа находилось большое окно с выходом на балкончик. Две двери вели в спальные комнаты. Как только служанки и сопровождавший нас рыжик ушли, мы с Тором, издав вопль команчей, рванули осматривать предоставленные нам помещения. Ванну я предусмотрительно застолбила первая.

Завернувшись в огромные полотенца, мы лениво доедали остатки шикарного и далеко не «легкого» ужина, когда входная дверь распахнулась, являя нашим взорам разъяренного темноэльфийского принца. Следом за ним шел ухмыляющийся Оллеро. По глазам Триона поняла, что сейчас нас будут убивать!

– Трион, а ты уверен, что нам стоило оставаться? – опасливо уточнила я, принимая низкий старт. В полотенце, конечно, особо не побегаешь, но, если жить захочешь, и не такое сделаешь.

Дроу покосился на меня с явным отвращением, плюхнулся на диванчик, скинув на пол горку расшитых бисером подушечек, и устало вытянул ноги.

– Лейна, скажи, что я тебе сделал, а? На меня смотрели как на изверга!

Расстегнув верхние пуговицы кожаного колета, Трион протянул руку и цапанул с блюда остывшую птичью ногу, на пару мгновений опередив Оллеро. Посол обиженно покосился на своего принца и перенес внимание на чудом уцелевший шницель. Развалившись в весьма неблагородной позе рядом с другом, посланник темноэльфийского короля ухватил второй рукой кувшин с вином и подмигнул мне:

– Не обращай внимания на его бурчание, принцесса! Нам просто «давили на психику», стараясь прощупать, насколько мы готовы прогнуться. А Трион обиделся, что пришлось выдерживать этот прессинг в гордом одиночестве.

– Скорее он должен радоваться своему одиночеству и нашей находчивости! Еще вопрос, как бы я повела себя, начни они давить на психику мне! Надеюсь, кое-кто представит возможные последствия и перестанет на нас дуться…

– Лейна, у нас чертовски сложная ситуация, держи свой темперамент в узде, – тихо произнес принц. Сейчас – именно принц Темного Королевства, а не Трион, старший братишка моего приятеля.

– Я постараюсь, но помни – это не мой мир, и многое здесь по-прежнему непонятно и странно. Пиетета к местным аристократам у меня нет, и притворяться, что я в восторге от эльфов, было бы глупо! Дело не в том, что стану нарываться на скандал, просто на оскорбление, скорее всего, отвечу чисто автоматически… Постарайся донести до них эту мысль. Не факт, конечно, что кто-то наглый получит фонарь под глаз, но порою и пары слов достаточно… Может мне вообще лучше здесь посидеть? Скажу, что устала… – неуверенно закончила я, глядя на помрачневших дроу.

– Нет, сидеть взаперти глупо. Сегодня вечером ты идешь с нами на Большой Летний Бал. Думаю, «пару слов» я смогу замять, а достать кого-то из эльфов тебе не удастся, – усмехнулся дроу, поднимаясь.

– Это почему не удастся? Тебя же достала! – искренне возмутилась я.

– Ну меня можно, ты же все-таки моя диали!{24} Мы вернемся примерно через час, будьте готовы. – Трион рывком поднялся и, дернув Оллеро за косички, пошел к двери. Посол, одним глотком прикончив вино в кувшинчике, скользнул за другом, улыбнувшись нам на прощание.

– Ну и что ты смотришь на меня, как на Владыку Бездны? – осторожно спросила я, подозрительно рассматривая скульптурную композицию «Светлая эльфийка и ее отвисшая челюсть».

Тор сфокусировал на мне взгляд и поинтересовался:

– Ты что, глухая? Не слышала, что он сказал?

– Сказал, что через час мы должны быть готовы! Давай поднимай задницу с дивана и пошли шмотки распаковывать! Зря тебя, что ли, казенными харчами в Магической школе целый век откармливали? – скомандовала я, ничуть не сомневаясь, что Тор в состоянии вскрыть «апельсины» с нашим барахлом.